Блог и Статьи

Меры предосторожности, дозировки и противопоказания к применению эфирных масел

МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ


Эфирные масла — концентрированные вещества, состоящие из спиртов, фенолов, кетонов, альдегидов, терпенов, эфиров, поэтому их использование, за редким исключением, требует разбавления (растительным маслом, спиртом, косметическим препаратом, медом, воском).

Натуральные - не значит безопасные!


Не наносите эфирные масла на кожу и слизистые оболочки в чистом виде (исключение составляют лаванда, чайное дерево и некоторые другие масла).

Избегайте попадания в глаза.

Перед началом использования проверьте масло на индивидуальную переносимость и аллергические реакции. В дальнейшем внимательно наблюдайте за реакцией кожи на применение масел.

Внимательно ознакомьтесь с инструкцией и противопоказаниями масел при некоторых заболеваниях.

Проверьте, не обладает ли масло токсическим, фототоксическим действием.

Не превышайте допустимые дозировки масел. Начинайте с минимальных.

Соблюдайте продолжительность применения масел. Начинайте с минимального времени воздействия.

Соблюдайте правила хранения масел.

Используйте только качественные масла.

Принимая ароматы в виде ванн, массажа или внутрь, пейте больше воды - не менее двух литров в день.

Желательно применять одно и то же эфирное масло не более 21 дня и затем продолжать его применение после перерыва в 7-14 дней. Как правило, после перерыва дозировки следует уменьшить на 25%, поскольку резистентность к ароматам возрастает.


ДОЗИРОВКИ


Внутрь: Не принимать более 3 капель эфирного масла в день 3 - 4 недели подряд! Смешивать эфирные масла с медом, вареньем, растительным маслом, вином и запивать 200 г подкисленной воды, чая, сока, кефира, йогурта.


Нанесение на кожу: 5–7 капель, предварительно смешанные с 20 мл базового масла.


В аромалампе: средняя дозировка - 5 капель на 15 м.кв. Время сеанса от 40 мин. до 3 часов. Первые 2 сеанса на должны превышать 20 минут. Сеансы можно проводить ежедневно. При использовании маслел в аромакурительнице не следует принимать внутрь более 7 капель любых эфирных масел в сутки.


В аромакулоне: 1–3 капли.


Ароматические ванны: Несколько капель эфирного масла, смешанного с эмульгатором. Принимать ванну не более 15 минут 2–3 раза в неделю. Первые два раза желательно не принимать ванну больше 5 минут.


Ополаскивания: 5-10 капель на 3-5 литров прохладной воды.


Бани и сауны: до 10 капель на 15 м2 один раз в неделю.


Паровые ванночки для лица. На 2 литра кипятка добавить эфирные масла, точно соблюдая указанную дозировку. Вдыхать аромат 7–10 минут.


Для женщин требуются более высокие дозировки, чем для мужчин.

Для пожилых людей и беременных женщин дозировки должны быть вполовину меньше средних.

Для детей:

младенцам (0-12 месяцев) - для массажа или ванн требуется одна капля ароматического масла (лавандового, розового, ромашкового), разведенная в одной столовой ложке основного масла;

детям 1-5 лет - для массажа или ванн достаточно две-три капли «безопасного» масла (нетоксичного и не вызывающего раздражение кожи), разведенные в одной столовой ложке основного масла;

детям 6-12 лет - можно использовать те же масла, что и для взрослых, но вдвое меньшей концентрации;

для подростков старше 12 лет - можно использовать те же масла, что и для взрослых.

Внимательно ознакомьтесь с разрешенными для детей маслами.


ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ


Абсолютные противопоказания: инфекции и острые воспалительные (в том числе — гнойные) процессы с высокой (более 38,0°С) температурой тела; кровотечения и наклонность к ним; болезни крови и злокачественные новообразования; острые нарушения крово- и лимфообразования; декомпенсированные формы внутренних, нервных и других заболеваний;индивидуальная непереносимость (проявления: отдышка, удушье, затрудненное дыхание. учащение пульса, аритмия, головная боль, головокружение, шум в ушах, сыпь, покраснение, зуд кожи).


Эпилепсия и шубообразная форма шизофрении - не использовать: базилик, иссоп, имбирь, камфара, кедр, кипарис, мята, фенхель, шалфей, мускатный орех, розмарин, эстрагон; можно использовать: лаванда, апельсин, лимон. Остальные масла после консультации с лечащим врачом.


Раздражают слизистые желудочно-кишечного тракта - анис, бэй, вербена, герань, душица, жасмин, имбирь, кедр, сосна, пачули, пальмароза, пихта, розовое дерево, цитронелла, чабрец. Никогда не принимать на пустой желудок!


Внутрь нельзя применять - анис, базилик, гвоздика, душица, иссоп, камфара, корица, мускатный орех, черный перец, петрушка, тимьян, фенхель, чабер, шалфей.


Болезни почек - не рекомендуются: ель, жасмин, можжевельник, пихта, сандал.


Повышенная свертываемость крови - требуют осторожности: анис, базилик, иссоп, кипарис. В любом случае непрерывное применение этих ароматов не должно превышать 21 дня, после этого минимальный перерыв составляет 14 дней.


Судороги - требуют осторожности: иссоп, розмарин.


Гипертония - требуют осторожности: бэй, гвоздика, душица, имбирь, корица, можжевельник, мускат, розмарин, цитронелла, шизандра, чабрец, шалфей. Применение этих ароматов возможно при коррекции дозировок: 1 /2 -1 /3 к средней дозе. Часто сосудистая реакция на аромат носит временный адаптационный характер и через 5-10 дней исчезает.


Гипотония - требуют осторожности: валериана, жасмин. Применение этих ароматов требует коррекции дозировок: 1/2-1/3 от средних. Часто сосудистая реакция на аромат носит временный, адаптационный характер и через 5-10 дней исчезает.


Бессонница - требуют осторожности: мускат, шалфей, шизандра, цитронелла, чабрец. Не следует применять эти ароматы после б часов вечера, если только Вы собираетесь лечь спать через 5-6 часов, а не позже.


Нервное истощение – нежелательно: гвоздика, кедр, корица, мускат, шизандра, цитронелла, шалфей.


Депрессия - не применять: укроп.


Приводят к перевозбуждению - гвоздика, мускат, корица, шизандра, шалфей, чабрец. Не воскуривать непрерывно более 4 часов!


Ароматы релаксации, применение которых нежелательно перед совершением действий, требующих активной мобилизации умственной и физической деятельности - валериана. Использование масла возможно за 4-5 часов.


Могут спровоцировать кратковременный ларингит (охриплость голоса) - мелисса, шизандра. Длительность неприятных симптомов — около 2 часов.


Вызывают раздражение кожи - бэй, гвоздика, имбирь, мускат, розмарин, корица, пихта, цитронелла, чабрец, шизандра, эвкалипт. При гиперчувствительном типе кожи следует разводить эти ароматы в следующей пропорции: 1 капля на 15 г основы.


Вызывают жжение кожи - апельсин, вербена, гвоздика, душица, корица, мандарин, можжевельник, мускат, розмарин, цитронелла, чабрец.


Псориаз - ладан, кипарис.


Ослабляет половое влечение мужчин - мята.


Не совместимы с алкоголем - кедр, чабрец.


Нерекомендуемые при малокровии и применении железо-и йодсодержащих лекарств - лаванда.


Не сочетаемые с гомеопатическими препаратами: мята, ромашка. Доминирующий характер этих ароматов «отменяет» действие гомеопатических средств.


В период беременности – не желательно: апельсин, бергамот, герань (осторожно), жасмин (осторожно), каяпут, лаванда (осторожно), ладан (осторожно), левзея, лиметт, лимон, мята (осторожно), найоли, нероли, петит грейн, роза, розовое дерево, ромашка (осторожно), сосна (осторожно), чайное дерево, эвкалипт.


В период кормления - нельзя использовать масло шалфея мускатного. Все остальные ароматические масла использовать в виде массажных масел - но не менее, чем за 2 часа до кормления.


Для детей не применять:

* До 1 года - мята перечная;

* До 6 лет - чайное дерево, герань, розмарин, чабрец;

* До 12 лет - гвоздика;

* С 12 лет - можно все масла, но в половинной дозировке.


Фототоксичные эфирные масла: апельсин сладкий, апельсин красный, бархатцы, бергамот, вербена лимонная, грейпфрут, зверобой, имбирь, лайм, левзея, лиметт, лимон, мандарин, розмарин, семян моркови, петитгрейн, тмин, чабрец. Не наносить на кожу непосредственно перед приемом солнечных ванн. Однако внутреннее применение всех этих масел способствует более эффектному и быстрому загару, препятствует обгоранию и образованию пятен.


Нежелательно использовать непрерывно более двух-трех недель: анис, базилик, иссоп, герань, корица, кипарис, мелисса, можжевельник, мускат, сосна, цитронелла, чабрец, шалфей.

Сочетаемость эфирных масел

СИНЕРГИЯ – (греч.Synergia) сотрудничество; когда масла действуют в гармоническом взаимодействии; усиливают действие друг друга в смеси. Таким образом, воздействие смеси получается сильнее, чем сумма воздействий составляющих ее частей Пропорциональный состав каждого из масел в смеси исключительно важен для эффективности лечения различных заболеваний. Некоторые масла, например, розовое, жасминовое, масло дубового мха и лаванды, способны усилить действие практически любой смеси и входят в состав большинства косметических средств.

 

ИНГИБИЦИЯ – угнетение, понижение эффективности деятельности. . Некоторые масла подавляют действие друг друга. Те масла, в которых много альдегидов (например, масло цитронеллы), кетонов (например, масло шалфея) или фенолов (например, масло гвоздики) при смешивании взаимно ингибируют.

 

КОМПЛИМЕНТАРНОСТЬ Комплементарный аромат - эфирное масло, вносящее корректирующие оттенки в ароматический букет, иногда изменяя его акценты до неузнаваемости (например, розовое дерево как комплимент для валерианы). Вводя комплемент в необходимое для терапевтического применения эфирное масло, его действие и состав остается без изменений, но, устраняется или нивелируется неприятный для психологического восприятия запах.

 

Максимальная дозировка комплимента к основному аромату составляет 30% (3:7).

Ароматический комплимент можно добавлять сразу (если необходимо подкорректировать верхний тон аромата) или через некоторое время (в случае, если нижний тон слишком плотный, тяжелый или кисловатый).

Комплиментарных ароматов может быть больше одного, но не более трех.

 

Хорошо смешиваются масла тех растений, которые принадлежат к одному и тому же ботаническому семейству, а также содержат одинаковые компоненты.

Хорошо смешиваются цветочные масла и масла, получаемые из древесины, цитрусовые масла, масла из пряных растений.

 

-аромат лаванды хорошо сочетается со всеми, кроме розмарина;

-аромат сандала придает композиции глубину и терпкость;

-все цитрусовые ароматы удачно сочетаются с хвойными;

-аромат лаванды или розмарина придаст утонченность ярко выраженным ароматам мяты перечной и эвкалипта.


Сводная табличка синергии эфирных масел

(из книги Aromatherapy Solutions Essential Oils to Lift the Mind, Body and Spirit by Veronica Sibley)




Анис
Фенхель - от диспепсии

Апельсин горький
Перец + чайное дерево + горький апельсин + ромашка голубая (3:3:3:1) – сильная противоэпидемическая смесь от гриппа и простуды

Апельсин сладкий
Лаванда,Петитгрейн – расслабляющие, снимающие боль ванны
Майоран, Розовое дерево, Лемонграсс, Петитгрейн, Лаванда – растирания, снимающие боль
Можжевельник (ягоды) + Найоли + Апельсин сладкий (1:1:2) – уход за жирной кожей
Моркови семена + Герань + Апельсин сладкий (1:3:2) – отёки, задержка жидкости

Базилик
Базилик + Лемонграсс + Найоли (1:1:1) – от угрей и прыщей
Базилик + Перец чёрный + Мята перечная (1:1:1) – при недостатке концентрации
Ветивер - панкреатическое действие
Лавр благородный – болеутоляющий, антиспазматический эффект
Лаванда, эвкалипт – ингаляции для корректировки нарушения иммунной системы (1:1)
Базилик + Монарда (1:1) – рекомендуется при воспалительных процессах (фурункул, абсцесс) (в то же время сочетание базилика с монардой подавляет антибактериальную активность этих растений в 2 раза)

Бей
Бей + Гвоздика + Лимон (2:1:2) – при болях в спине
Бей + Майоран + Мята перечная (1:1:1) – от головной боли и мигреней
Шалфей мускатный – при потере волос

Бензоин
Бензоин + Мята перечная + Равенсара (1:2:3) – от простуды и кашля
Бензоин + Пачули + Сандал (1:1:1) – уход за сухой кожей

Бергамот
Кедр – при зуде
Бергамот + Кипарис + Фенхель (1:1:1) – менопауза
Бергамот + Нероли + Иланг-иланг (2:1:3) – при гипертонии
Бергамот + Эвкалипт лимонный + Чайное дерево (1:1:1) – молочница

Бессмертник
Бессмертник + Лимон + Мирт (1:2:3) – от насморка
Бессмертник + Роза + Сандал (2:1:1) – при депрессии
Лаванда – для ухода за кожей
Пижма голубая + бессмертник (2:3) – сильное противовоспалительное действие на кожу, эффективно при солнечных ожогах. (Рекомендуется кунжутное базовое масло: 5 к смеси на 5 мл базы)
Равинтсара (Коричник камфарный) – лечение герпеса
Фисташка мастиковая, масло Таману – для устранения проблем, связанных с нарушением кровообращения
Шалфей лекарственный + бессмертник + шиповник – для медленно заживающих ран
Эвкалипт лимонный, Гаультерия (грушанка) – противовоспалительное действие

Вербена лимонная
Майоран, Лаванда – оказывает успокаивающее действие на нервную систему
Петитгрейн, Мандарин – расслабляет перед сном и облегчает его
Вербена лимонная + Розмарин вербенонный + Мирра – регулирующее эндокринное воздействие

Ветивер
Базилик, Мята перечная – панкреатическое действие
Грейпфрут + Лаванда + Ветивер (2:3:1) – от бессоницы
Кипарис, Фисташка, Найоли, масло Таману – всевозможное воздействие на вены (варикоз, тромофлебит, геморрой и т.д.)
Кипарис, Кедр атласский – воздействие на лимфатическую систему

Гаультерия
Бессмертник – противовоспалительное действие
Майоран – раздражающее действие
Розмарин камфорный – противовоспалительное и обезболивающее действие

Гвоздика
Бей + Гвоздика + Лимон (2:1:2) – при болях в спине
Имбирь – афродизиакальное действие
Лавр благородный – антибактериальное действие
Мята перечная – обезболивающее, противовирусное действие
Найоли – антибактериальное, отхаркивающее
Пальмароза – антибактериальное, тонизирующее
Ромашка римская – болеутоляющее, противопаразитное
Саро (Мандравасаротра) – противопаразитарное действие
Чайное дерево – антибактериальное
Эвкалипт радиата – антибактериальное действие

Герань
Герань + Лаванда + Иланг-иланг (1:2:1) – уход за смешанной кожей
Герань + Лаванда + Каяпут – при псориазе
Иссоп - заживляющее действие на кожу, различные дерматозы
Кедр атласский – реппелент (против комаров)
Лаванда, Шалфей, Майоран – противотабачное воздействие
Мирт – для ухода за кожей
Можжевельник, Лимон, Кедр – утончение силуэта, гидролипидное воздействие, вывод лишней жидкости
Моркови семена – регенерация, заживление, восстановление кожи, воздействие на целлюлит, бугристую кожу
Моркови семена + Герань + Апельсин сладкий (1:3:2) – отёки, задержка жидкости
Мускатный орех – афродизиакальное действие
Саро (Мандравасаротра) – вяжущее действие на кожу
Тимьян тимольного хемотипа – для воздействия на утомленную, перегруженную кожу
Фенхель – против целлюлита; для похудения, дренажного эффекта, утончения силуэта
Фенхель + Герань + Грейпфрут (1:3:2) – от стресса
Шалфей мускатный + Герань + Роза (2:3:1) – ПМС

Грейпфрут
Грейпфрут + Лаванда + Ветивер (2:3:1) – от бессоницы
Грейпфрут + Можжевельник (ягоды) + Тимьян красный (1:1:1) – от целлюлита
Фенхель + Герань + Грейпфрут (1:3:2) – от стресса

Девясил душистый (Inula graveolens)
Душица – муколитическое действие
Розмарин цинеольный – при бронхите, простуде, переохлаждении
Саро (Мандравасаротра) – муколитическое действие
Иссоп (var. decumbens) – бронхиты
Эвкалипт радиата – муколитическое действие (разжижение и отхождение мокроты)

Душица
Девясил душистый – муколитическое действие
Душица (Origanum compactum) + Розмарин вербенонный – антибактериальное действие
Кипарис – противокашлевое действие
Корица – антибактериальное
Пальмароза – противогрибковое действие
Равинтсара – антибактериальное действие
Эвкалипт радиата – отхаркивающее действие
Эстрагон, Петитгрейн – противоспазматическое действие

Ель
Кардамон – заболевания дыхательных путей
Мирт – при инфекционных заболеваниях дыхательных путей

Ель черная
Ель Чёрная + Сосна + Абсолют почек чёрной смородины – истощение надпочечников (массаж в области почек)
Розмарин цинеольный – при нервном и физическом утомлении

Жасмин
Жасмин + Лаванда + Мандарин (1:2:1) – уход за чувствительной кожей
Моркови семена – регенерация, заживление, восстановление кожи

Иланг-иланг
Бергамот + Нероли + Иланг-иланг (2:1:3) – при гипертонии
Герань + Лаванда + Иланг-иланг (1:2:1) – уход за смешанной кожей
Лаванда – при гипертонии
Литцея + Петитгрейн + Иланг-иланг (2:3:1) – при беспокойстве и тревогах

Имбирь
Кардамон + Фенхель + Имбирь (1:1:1) – от морской болезни
Мята перечная – ветрогонное и улучшающее желудочное действие
Розовое дерево – стимуляция пищеварения
Чабер садовый, Корица, Гвоздика – афродизиакальное действие

Иссоп
Эвкалипт, Каяпут – различные заболевания дыхательных путей, такие как астма, бронхит, кашель, грипп; аллергия на цветение.
Лаванда, Герань – заживляющее действие на кожу, различные дерматозы

Иссоп (Hyssopus officinalis var. Decumbens)
Иссоп (Hyssopus officinalis var. Decumbens) +Амми зубная (2:1) – используется для предотвращения приступов астмы
Девясил душистый – бронхиты
Равинтсара, эвкалипт радиата – заболевания респираторной системы

Кардамон
Кардамон + Фенхель + Имбирь (1:1:1) – от морской болезни
Розмарин камфорный – при пищеварительных проблемах, расстройствах
Эвкалипт радиата, Равинтсара, Сосна, Ель – заболевания дыхательных путей

Каяпут
Герань + Лаванда + Каяпут - при псориазе.
Иссоп – различные заболевания дыхательных путей, такие как астма, бронхит, кашель, грипп; аллергия на цветение.
Каяпут + Сандал + Тимьян сладкий (2:1:3) – при бронхитах
Каяпут + Сосна + Найоли - при бронхитах, фарингитах, ларингитах.
Каяпут + Сосна + Майоран + Тимьян – при туберкулезе.
Кедр – при прыщах
Эвкалипт радиата – антибактериальное действие

Кедр
Бергамот – при зуде
Ветивер – воздействие на лимфатическую систему
Герань – утончение силуэта, гидролипидное воздействие, вывод лишней жидкости
Герань, Мелисса – реппелент (против комаров)
Каяпут – при прыщах.
Критмум морской, Можжевельник красный (Juniperus oxycedrus), Лаванда – воздействие на волосяной покров
Найоли – воздействие на венозную систему.
Фенхель, Пальмароза, Лимон – воздействие на целлюлит

Кедр красный (Juniperus virginiana)
Кипарис, ладан – смягчение кожи
Моркови семена – воздействие на целлюлит, бугристую кожу

Кипарис
Бергамот + Кипарис + Фенхель (1:1:1) – менопауза
Ветивер – всевозможное воздействие на вены (варикоз, тромофлебит, геморрой и т.д.), воздействие на лимфатическую систему
Душица – противокашлевое действие
Кедр красный – смягчение кожи
Фенхель – против целлюлита; для похудения, дренажного эффекта, утончения силуэта.
Шалфей мускатный + кипарис + ладан (1:1:1) – при астме

Кипарис голубой
Кипарис голубой + Неролина + Чайное дерево – усиление противогрибковых свойств и расширение спектра воздействия в этом направлении.

Кориандр
Мускатный орех – действие на пищеварительную систему, афродизиакальное действие
Фенхель – при диспепсии

Корица
Имбирь, чабер горный – афродизиак
Мята перечная – общее стимулирующее действие на организм
Душица – антибактериальное

Кумин
Мускатный орех – действие на пищеварительную систему
Мята перечная – ветрогонное и успокаивающее действие на желудок


Лаванда лекарственная
Апельсин сладкий – расслабляющие ванны и растирания, снимающие боль
Базилик – ингаляции для корректировки нарушения иммунной системы (в соотношении 1:1)
Бессмертник – для ухода за кожей
Вербена лимонная – оказывает успокаивающее действие на нервную систему
Герань – противотабачное воздействие, использование в аромалампе и других распространителях
Герань + Лаванда + Иланг-иланг (1:2:1) – уход за смешанной кожей
Грейпфрут + Лаванда + Ветивер (2:3:1) – от бессоницы
Жасмин + Лаванда + Мандарин (1:2:1) – уход за чувствительной кожей
Иланг-иланг – при гипертонии
Герань + Лаванда + Каяпут – при псориазе
Кедр атласский – воздействие на волосяной покров
Майоран, Петитгрейн – расслабляющее действие
Мирра – заживляющий и болеутоляющий эффект
Моркови семена – регенерация, заживление, восстановление кожи
Розовое дерево, Чайное дерево – при проблемной коже
Тимьян тимольного хемотипа – респираторные инфекции
Чайное дерево-лаванда (2:1 или 3:1) – при ожогах
Шалфей мускатный – при потере волос

Лаванда колосковая (широколистная)
Лавр благородный – антибактериальное действие
Ладанная камедь + Мирт + Лаванда колосковая – мощное тонизирующее воздействие на кожу
Розмарин вербенонный – рубцующее действие
Тимьян туйанольного типа – заживляющее воздействие на кожу
Элеми + Лаванда колосковая + Пальмароза (1:3:2) – от синдрома хронической усталости

Лавр благородный
Базилик – болеутоляющий, антиспазматический эффект
Гвоздика, чайное дерево, лаванда колосковая – антибактериальное действие
Ладанная камедь, Равинтсара – противовирусное действие
Мирра – противоинфекционное
Моркови семена – воздействие на целлюлит, бугристую кожу
Мята перечная – анестезирующее, противовирусное действие
Тимьян туйанольного типа – инфекции полости рта
Шалфей лекарственный – регулирует потоотделение

Ладан
Кедр красный – смягчение кожи
Нард, Мирра – расслабляющее, релаксирующее действие
Сельдерей + Ладан + Можжевельник (ягоды) (2:1:3) – артрит и ревматизм
Шалфей мускатный + кипарис + ладан (1:1:1) – при астме

Ладанная камедь
Розмарин вербенонный – заживляющее воздействие, стимулирующее иммунитет
Лавр благородный – противовирусное действие
Мирра – заживляющий
Ладанная камедь + Мирт + Лаванда колосковая – мощное тонизирующее воздействие на кожу
Найоли – противовирусное, антибактериальное, противоинфекционное действие
Роза дамасская – вяжущее действие

Лемонграсс
Апельсин сладкий – расслабляющие растирания, снимающие боль
Базилик + Лемонграсс + Найоли (1:1:1) – от акне

Лимон
Бей + Гвоздика + Лимон (2:1:2) – при болях в спине
Бессмертник + Лимон + Мирт (1:2:3) – от насморка
Герань – утончение силуэта, гидролипидное воздействие, вывод лишней жидкости
Иссоп – заживляющее действие на кожу, различные дерматозы
Кедр атласский - воздействие на целлюлит
Лимон + Розмарин + Тимьян сладкий (1:1:1) – при проблемах с памятью
Фенхель – против целлюлита; для похудения, дренажного эффекта, утончения силуэта

Литцея
Литцея + Петитгрейн + Иланг-иланг (2:3:1) – при беспокойстве и тревогах
Саро (Мандравасаротра) – противогрибковое действие

Майоран
Апельсин сладкий – расслабляющие растирания, снимающие боль
Бей + Майоран + Мята перечная (1:1:1) – от головной боли и мигреней
Вербена лимонная – оказывает успокаивающее действие на нервную систему
Гаультерия (грушанка) – раздражающее действие
Герань – противотабачное воздействие, использование в аромалампе и других распространителях
Лаванда – расслабляющее действие
Майоран + Перец черный + Мята перечная (1:1:1) – от синдрома повышенной раздражимости толстой кишки
Мелисса – регулирующее воздействие на нервную систему
Петитгрейн, Петитгрейн, Ромашка римская – раздражающее, болеутоляющее действие
Равинтсара – нейро-тонизирующее
Розмарин вербенонный – тонизирующее воздействие на психику
Каяпут + Сосна + Майоран + Тимьян – при туберкулезе.

Мандарин
Вербена лимонная – расслабляет перед сном и облегчает его
Жасмин + Лаванда + Мандарин (1:2:1) – уход за чувствительной кожей

Мелисса
Кедр атласский – реппелент (против комаров)
Майоран – регулирующее воздействие на нервную систему

Мирра
Лаванда – заживляющий и болеутоляющий эффект
Лавр благородный – противоинфекционное
Ладан – расслабляющее, релаксирующее действие
Ладанная камедь – заживляющий
Вербена лимонная + Розмарин вербенонный + Мирра – регулирующее эндокринное воздействие

Мирт
Бессмертник + Лимон + Мирт (1:2:3) – от насморка
Герань, пальмароза - для ухода за кожей
Ладанная камедь + мирт + лаванда колосковая я - мощное тонизирующее воздействие на кожу
Эвкалипт, равинтсара, сосна, ель – при инфекционных заболеваниях дыхательных путей
Эвкалипт радиата – противокашлевое действие

Можжевельник красный (Juniperus oxycedrus)
Кедр атласский – воздействие на волосяной покров
Шалфей мускатный – при перхоти

Можжевельник (ягоды)
Герань – утончение силуэта, гидролипидное воздействие, вывод лишней жидкости
Грейпфрут + Можжевельник (ягоды) + Тимьян красный (1:1:1) – от целлюлита
Можжевельник (ягоды) + Найоли + Апельсин сладкий (1:1:2) – уход за жирной кожей
Сельдерей + Ладан + Можжевельник (ягоды) (2:1:3) – артрит и ревматизм
Фенхель – против целлюлита; для похудения, дренажного эффекта, утончения силуэта

Монарда
Эвкалипт, полынь лимонная – бактерицидные, противовирусные свойства
Базилик + Монарда (1:1) – рекомендуется при воспалительных процессах (фурункул, абсцесс) (в то же время сочетание базилика с монардой подавляет антибактериальную активность этих растений в 2 раза, что необходимо учитывать при создании композиций)

Моркови семена
Герань, Лаванда, Жасмин - регенерация, заживление, восстановление кожи
Кедр красный (Juniperus virginiana), Лавр благородный, Пальмароза, Герань – воздействие на целлюлит, бугристую кожу.
Моркови семена + Герань + Апельсин сладкий (1:3:2) – отёки, задержка жидкости
Тимьян туйанольного типа – восстанавливающее воздействие на печень, дренажное, кровоочистительное свойство

Мускатный орех
Розмарин, Чабер садовый, Герань, Кориандр – афродизиакальное действие
Кориандр, Тмин, Кумин – действие на пищеварительную систему

Мята перечная
Базилик + Перец чёрный + Мята перечная (1:1:1) – при недостатке концентрации
Бей + Майоран + Мята перечная (1:1:1) – от головной боли и мигреней
Бензоин + Мята перечная + Равенсара (1:2:3) – от простуды и кашля
Ветивер – панкреатическое действие
Гвоздика – обезболивающее, противовирусное действие
Имбирь – ветрогонное и улучшающее желудочное действие
Корица – общее стимулирующее действие на организм
Кумин – ветрогонное и успокаивающее действие на желудок
Лавр благородный – анестезирующее, противовирусное действие
Майоран + Перец черный + Мята перечная (1:1:1) – от синдрома повышенной раздражимости толстой кишки
Найоли – болеутоляющее действие.
Перец чёрный + Мята перечная + Розмарин (1:1:1) – при мышечных болях
Пижма голубая – противозудное действие
Равинтсара – противовирусное и антикатаральное действие
Розмарин вербенонного типа – тонизирующее, стимулирующее действие

Найоли
Базилик + Лемонграсс + Найоли (1:1:1) – от акне
Ветивер – всевозможное воздействие на вены (варикоз, тромофлебит, геморрой и т.д.)
Гвоздика – антибактериальное, отхаркивающее действие
Каяпут + Сосна + Найоли – при бронхитах, фарингитах, ларингитах.
Кедр атласский – воздействие на венозную систему.
Ладанная камедь – противовирусное, антибактериальное, противоинфекционное действие
Можжевельник (ягоды) + Найоли + Апельсин сладкий (1:1:2) – уход за жирной кожей
Мята перечная – болеутоляющее действие.
Розмарин цинеольный – при бронхите, простуде, переохлаждении
Тимьян туйанольного типа – антибактериальное действие
Чайное дерево – радиозащита.
Эвкалипт (Eucalyptus polybractea cryptonifera), Равинтсара – антивирусное действие.
Эвкалипт радиата – антибактериальное действие

Нард
Ладан – расслабляющее, релаксирующее действие
Шалфей мускатный – при потере волос

Нероли
Бергамот + Нероли + Иланг-иланг (2:1:3) – при гипертонии

Неролина
Неролина + Чайное дерево + Кипарис голубой – усиление противогрибковых свойств и расширение спектра воздействия в этом направлении.

Пальмароза
Гвоздика – антибактериальное, тонизирующее действие
Душица – противогрибковое действие
Кедр атласский – воздействие на целлюлит
Мирт – для ухода за кожей
Моркови семена – воздействие на целлюлит, бугристую кожу
Розмарин вербенонного типа – противовирусное действие
Тимьян туйанольного типа – противогрибковое действие
Шалфей мускатный – при избыточном потовыделении
Элеми + Лаванда колосковая + Пальмароза (1:3:2) – от синдрома хронической усталости

Пачули
Бензоин + Пачули + Сандал (1:1:1) – уход за сухой кожей

Перец чёрный
Базилик + Перец чёрный + Мята перечная (1:1:1) – при недостатке концентрации
Майоран + Перец черный + Мята перечная (1:1:1) – от синдрома повышенной раздражимости толстой кишки
Перец чёрный + Мята перечная + Розмарин (1:1:1) – при мышечных болях
Перец + чайное дерево + горький апельсин + ромашка голубая (3:3:3:1) – сильная противоэпидемическая смесь (делает организм устойчивым ко всем видам вируса гриппа и патогенных бактерий)

Петитгрейн
Апельсин сладкий – расслабляющие ванны, снимающие боль
Вербена лимонная – расслабляет перед сном и облегчает его
Лаванда - расслабляющее действие
Литцея + Петитгрейн + Иланг-иланг (2:3:1) – при беспокойстве и тревогах
Майоран – нейро-тонизирующее
Ромашка римская – успокаивает нервную систему
Душица – противоспазматическое действие

Пижма голубая
Бессмертник + пижма голубая (3:2) – сильное противовоспалительное действие на кожу, эффективно при солнечных ожогах. В качестве базового рекомендуется кунжутное масло (5к смеси на 5мл базы)
Мята перечная – противозудное действие
Ромашка римская – противозудное, успокаивающее свойство, антиаллергический эффект


Полынь лимонная
Монарда – бактерицидные, противовирусные свойства

Равенсара
Бензоин + Мята перечная + Равенсара (1:2:3) – от простуды и кашля

Равинтсара (Коричник камфарный)
Бессмертник – лечение герпеса
Душица – антибактериальное действие
Кардамон – заболевания дыхательных путей
Лавр благородный – противовирусное действие
Майоран – нейро-тонизирующее
Мирт – при инфекционных заболеваниях дыхательных путей
Мята перечная – противовирусное и антикатаральное действие
Найоли – антивирусное действие.
Розмарин цинеольный - при бронхите, простуде, переохлаждении, при нервном и физическом утомлении
Тимьян линалольный – респираторные инфекции
Тимьян туйанольного типа – тонизирующее воздействие на нервную систему, уравновешивающее, антибактериальное действие
Чайное дерево – антивирусное действие
Эвкалипт лучистый – отхаркивающее действие

Роза
Бессмертник + Роза + Сандал (2:1:1) – при депрессии
Ладанная камедь – вяжущее действие
Шалфей мускатный + Герань + Роза (2:3:1) – ПМС

Розмарин
Лимон + Розмарин + Тимьян сладкий (1:1:1) – при проблемах с памятью
Перец чёрный + Мята перечная + Розмарин (1:1:1) – при мышечных болях
Чабер горный – афродизиак

Розмарин вербенонный
Вербена лимонная + Розмарин вербенонный + Мирра – регулирующее эндокринное воздействие
Душица (Origanum compactum) – антибактериальное действие
Лаванда колосковая – зарубцовывающее действие
Ладанная камедь – заживляющее воздействие, стимулирующее иммунитет
Майоран – тонизирующее воздействие на психику
Мята перечная – тонизирующее, стимулирующее действие
Пальмароза – противовирусное действие
Саро – муколитическое действие

Розмарин камфорный
Гаультерия, Лимонный Эвкалипт – противовоспалительное и обезболивающее действие
Кардамон, Тмин – при пищеварительных проблемах, расстройствах
Укроп – действие на выработку желчи

Розмарин цинеольный
Ель черная, равинтсара – при нервном и физическом утомлении
Равинтсара, найоли, эвкалипт душистый, девясил душистый – при бронхите, простуде, переохлаждении
Эвкалипт радиата – отхаркивающее действие

Розовое дерево
Апельсин сладкий – расслабляющие растирания, снимающие боль
Герань – использование в аромалампе и других распространителях
Имбирь – стимуляция пищеварения
Лаванда – при проблемной коже
Тимьян туйанольного типа – бактериальные инфекции мочевых путей
Чабер горный – афродизиакальное действие

Ромашка голубая
Перец + чайное дерево + горький апельсин + ромашка голубая (3:3:3:1) – сильная противоэпидемическая смесь (делает организм устойчивым ко всем видам вируса гриппа и патогенных бактерий)

Ромашка римская
Гвоздика – болеутоляющее, противопаразитное
Майоран – раздражающее, болеутоляющее действие
Петитгрейн – успокаивает нервную систему
Пижма голубая – противозудное, успокаивающее свойство, антиаллергический эффект
Тмин (кумин) (Cuminum Cymimum) – противоспазматическое и регулирующее воздействие на пищеварительную систему
Тимьян тимольный – противопаразитарное действие на кишечный тракт

Сандал
Бензоин + Пачули + Сандал (1:1:1) – уход за сухой кожей
Бессмертник + Роза + Сандал (2:1:1) – при депрессии
Каяпут + Сандал + Тимьян сладкий (2:1:3) – при бронхитах
Чабер горный - афродизиакальное действие

Саро (Мандравасаротра)
Гвоздика – противопаразитарное действие
Герань – вяжущее действие на кожу
Девясил душистый, Розмарин вербенонного типа – муколитическое действие;
Литцея – противогрибковое действие
Чайное дерево – антибактериальное действие
Эвкалипт криптонового типа – антивирусное действие

Сельдерей
Сельдерей + Ладан + Можжевельник (ягоды) (2:1:3) – артрит и ревматизм

Смородиновых почек абсолют
Ель чёрная + Сосна + Смородиновых почек абсолют – истощение надпочечников (массаж)

Сосна
Ель чёрная + Сосна + Смородиновых почек абсолют – истощение надпочечников (массаж)
Кардамон – заболевания дыхательных путей; использование в аромалампе и других распространителях
Каяпут + Сосна + Найоли – при бронхитах, фарингитах, ларингитах.
Каяпут + Сосна + Майоран + Тимьян – при туберкулезе.
Мирт – при инфекционных заболеваниях дыхательных путей

Тимьян
Каяпут + Сосна + Майоран + Тимьян – при туберкулезе.

Тимьян красный
Грейпфрут + Можжевельник (ягоды) + Тимьян красный (1:1:1) – от целлюлита

Тимьян сладкий
Каяпут + Сандал + Тимьян сладкий (2:1:3) – при бронхитах
Лимон + Розмарин + Тимьян сладкий (1:1:1) – при проблемах с
памятью

Тимьян линалольный
Эвкалипт, Равинтсара – респираторные инфекции;

Тимьян тимольный
Герань – для воздействия на утомленную, перегруженную кожу
Лаванда, Эвкалипт – респираторные инфекции
Ромашка римская – противопаразитарное действие на кишечный тракт

Тимьян туйанольный
Лаванда колосковая – заживляющее воздействие на кожу
Лавр благородный – инфекции полости рта
Моркови семена – восстанавливающее воздействие на печень, дренажное, кровоочистительное свойство
Найоли – антибактериальное действие
Пальмароза – противогрибковое действие
Равинтсара (Коричник камфарный) – антибактериальное действие; тонизирующее воздействие на нервную систему, уравновешивающее
Розовое дерево – бактериальные инфекции мочевых путей;
Чайное дерево – широкое антибактериальное действие;
Эвкалипт лучистый – антибактериальное действие
Эвкалипт Смити – отхаркивающее, антикатаральное действие;

Тмин
Мускатный орех – действие на пищеварительную систему
Розмарин камфорный – при пищеварительных проблемах, расстройствах
Ромашка римская – противоспазматическое и регулирующее воздействие на пищеварительную систему

Укроп
Розмарин камфорный – действие на выработку желчи

Фенхель
Бергамот + Кипарис + Фенхель (1:1:1) – менопауза
Кардамон + Фенхель + Имбирь (1:1:1) – от морской болезни
Кедр атласский - воздействие на целлюлит
Фенхель + Герань + Грейпфрут (1:3:2) – от стресса
Кориандр, Анис – при диспепсии;
Можжевельник, герань, лимон, кипарис – против целлюлита; для похудения, дренажного эффекта, утончения силуэта

Фисташка мастиковая
Бессмертник – для устранения проблем, связанных с нарушением кровообращения
Ветивер – всевозможное воздействие на вены (варикоз, тромофлебит, геморрой и т.д.)

Чабер горный
Розмарин, корица, розовое дерево, сандал – афродизиакальное действие

Чайное дерево
Бергамот + эвкалипт лимонный + чайное дерево (1:1:1) – молочница
Гвоздика – антибактериальное действие
Лаванда – при проблемной коже
Лавр благородный – антибактериальное действие
Найоли – радиозащита
Перец + чайное дерево + горький апельсин + ромашка голубая (3:3:3:1) – сильная противоэпидемическая смесь (делает организм устойчивым ко всем видам вируса гриппа и патогенных бактерий)
Равинтсара (Коричник камфарный) - антивирусное действие
Саро (Мандравасаротра) – антибактериальное действие
Тимьян туйанольного типа – широкое антибактериальное действие
Чайное дерево + Неролина + Кипарис голубой – усиление противогрибковых свойств и расширение спектра воздействия в этом направлении.
Эвкалипт лучистый – антибактериальное действие
Шалфей лекарственный
Герань – противотабачное воздействие
Лавр благородный – регулирует потоотделение
Шалфей лекарственный + бессмертник + шиповник – для медленно заживающих ран

Шалфей мускатный
Пальмароза – при избыточном потовыделении
Бей, Лаванда, Нард – при потере волос
Можжевельник красный – при перхоти
Шалфей мускатный + Герань + Роза (2:3:1) - ПМС
Шалфей мускатный + Кипарис + Ладан (1:1:1) – при астме

Эвкалипт
Базилик – ингаляции для корректировки нарушения иммунной системы (в соотношении 1:1)
Иссоп - различные заболевания дыхательных путей, такие как астма, бронхит, кашель, грипп; аллергия на цветение.
Мирт – при инфекционных заболеваниях дыхательных путей
Монарда - бактерицидные, противовирусные свойства
Тимьян линалольного и тимольного хемотипа - респираторные инфекции

Эвкалипт душистый
Розмарин цинеольный - при бронхите, простуде, переохлаждении
Эвкалипт лучистый - муколитическое действие

Эвкалипт многоприцветковый криптонового типа
Найоли - антивирусное действие
Саро (Мандравасаротра) – антивирусное действие

Эвкалипт лимонный
Бергамот + Эвкалипт лимонный + Чайное дерево (1:1:1) - молочница
Бессмертник - противовоспалительное действие
Розмарин камфорный – противовоспалительное и обезболивающее действие

Эвкалипт лучистый
Гвоздика – антибактериальное действие
Девясил душистый – муколитическое действие (разжижение и отхождение мокроты)
Душица - отхаркивающее действие
Каяпут – антибактериальное действие
Кардамон - заболевания дыхательных путей
Мирт (СT cineole) - противокашлевое
Найоли (Melaleuca quinquenervia CT cineole) – антибактериальное действие
Равинтсара (Коричник камфарный) - отхаркивающее и антивирусное действие
Розмарин цинеольного типа – отхаркивающее действие
Тимьян туянольный – антибактериальное действие
Чайное дерево – антибактериальное действие
Эвкалипт душистый - муколитическое действие
Для усиления эффективности рекомендуется использовать в сочетании с маслами, содержащими терпены.

Эвкалипт Смита
Тимьян туйанольного типа - отхаркивающее, антикатаральное действие

Элеми
Элеми + Лаванда колосковая + Пальмароза (1:3:2) – от синдрома хронической усталости

Эстрагон
Душица - противоспазматическое действие


ИНГИБАЦИЯ

Примеры несовместимых ароматов включают:

• чайное дерево и иланг-иланг
• фенхель и гвоздика
• перечная мята и фенхель
• коричный лист и тимьян
• римская или немецкая ромашка и мирра
• мята и апельсин
• пачули и немецкая ромашка


Лимонное сорго - ароматические злаки из глубины веков

Автор: Маланкина Елена Львовна

доктор сельскохозяйственных наук, профессор каф. овощеводства РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева


Род цимбопогон (Cymbopogon) насчитывает, по данным разных авторов, от 55 до 70 видов. Некоторые из его представителей очень ароматны и служат сырьём для получения эфирного масла. Наверное, вам приходилось слышать такие завораживающие названия как пальмароза, цитронелла, нард. За ними скрываются представители этого довольно многочисленного рода, из надземной массы которых получают душистые вещества.


Лимонное сорго


При анализе информации в Интернете заметна путаница в понятии лимонное сорго, не говоря уже о том, что в некоторых ароматерапевтических пособиях и сайтах на русском языке его вообще называют лимонником! Ошибка, вероятно, происходит от того, что не обращая внимания на латинские названия, текст переводят с помощью компьютерных переводчиков, которые английское название lemongrass переводят как лимонник. И вторая путаница возникает  из-за того, что под этим названием в продаже встречаются два вида. Первый - собственно лимонное сорго, или западно-индийская лимонная трава (Cymbopogon citratus, син. Andropogon citratus DC.) – наиболее распространённый в культуре вид из многочисленных ароматных злаков.

 

Лимонная трава

Это связано с двумя причинами – во-первых, оно широко используется как пищевое растение в азиатской кухне, а во-вторых, из него в больших объёмах получают эфирное масло, которое служит ароматизатором в пищевой промышленности и сырьём для синтеза других ароматических веществ. Это растение хорошо известно, в частности, производителям чая.

Малабарская трава

Под названием лимонная трава используют другой, но близкий вид цимбопогон извилистый (Cymbopogon flexuosus Stapf син. Andropogon flexuosus Nees; A. nardus subsp. flexuosus Hack.). Его называют кохинхинская или малабарская трава или восточно-индийская лимонная трава, и происходит он из Индии. В меньшей степени имеет парфюмерное значение и в большей степени - лекарственное, кроме того, выращивается как пряно-вкусовое растение. Эфирное масло содержит около 80% цитраля и совсем немного мирцена. В Европейских странах стало модно на лето высаживать его в пряных садиках в открытый грунт или в контейнерах выносить на улицу.


Ботанические портреты


Лимонное сорго, или лимонная трава (Cymbopogon citratus) – типичное многолетнее злаковое растение высотой около 1-1,8 м. Имеет короткое клубневидное корневище, тонкие стебли, собранные в мощный полураскидистый куст. Листья узкие, длинные, бледно-зеленые, с красноватым оттенком. Метёлка рыхлая, недоразвитая и, соответственно, семена отсутствуют. Поэтому в культуре его размножают только вегетативно, то есть делением.

 

В диком  виде лимонное сорго не известно, а учитывая, что в культуре оно находится уже не одно столетие и даже тысячелетие, его родину можно определить весьма приблизительно. Предположительно, это могут быть Индия или Шри Ланка. Много столетий назад сушеные листья везли в тюках на верблюдах в арабские страны и даже Европу, где её охотно использовали для ароматизации пива и вина.

 

В настоящее время его очень широко выращивают по всему миру:  в Шри Ланке, в Индии, Индонезии, на Мадагаскаре, Сейшелах, Китае и в ЮАР.

 

Индийское лимонное сорго, или малабарская трава (Cymbopogon flexuosus), встречается в двух формах - белостебельной и красностебельной. Последняя имеет более приятный аромат и её эфирное масло ценится выше. Этот вид семена образует.


Использование


Листья обоих видов используют для набивки матрацев,  в которых вероятность появления всевозможных насекомых очень мала. Это связано с инсектицидным действием растений. В тропиках их принято высаживать вокруг домов, чтобы отпугнуть москитов. В тропической Африке лимонную траву рекомендуют сажать в районах распространения мухи це-це, которая не выносит её запаха.

 

Само название говорит о том, что это представитель семейства злаковых и имеет аромат лимона. Дивный лимонный аромат придаёт растению эфирное масло. Содержание эфирного масла в лимонном сорго составляет 0,2-0,5%, а состоит оно в основном из цитраля, включающего смесь двух изомеров – транс-гераниаль (40-62%) и цис – гераниаль (25-38%). Среди других терпеноидов присутствуют нерол, лимонен, линалоол, кариофиллен. В эфирном масле в значительном количестве присутствует мирцен, который легко окисляется при хранении, что снижает качество масла.

 

Эфирное масло малабарской травы содержит наоборот больше спиртов – 20-30% гераниола и цитронеллола, далее альдегиды (15% гераниаля, 10% нераля, 5% цитронеллаля). Этот вид чаще используется в парфюмерии, так как содержит меньше мирцена и эфирное масло лучше хранится.

 

Масло получают в очень больших количествах в Китае и некоторых других странах, оно имеет коричневый цвет и сильный травянисто - лимонный запах. Используется для выделения отдельных компонентов, а также для фальсификации более дорогих цитрусовых масел.


Рецепты из глубины веков


В индийской медицине цимбопогон издавна используется от вирусных инфекций и даже холере. Масло лимонного сорго с давних времён использовали в традиционной медицине для лечения грибковых инфекций кожи, полости рта, мочевыводящих путей и гинекологических инфекций в странах Азии, особенно в Индии. Индийское лимонное сорго применялось наружно в виде мазей, настоев, масляных настоев для растираний и компрессов при невралгиях, ревматизме, растяжениях.

 

Возникает вопрос, насколько оправдано столь широкое применение растения в медицине? В настоящее время подтверждено противовирусное, антибактериальное, антиоксидантное, дезодорирующее, желудочное и инсектицидное действие.

 

Довольно много исследований по антимикробной активности. При проведении лабораторных исследований, обнаружена высокая активность эфирного масла против возбудителя молочницы, в том числе штаммов, плохо поддающихся лечению современными лекарственными препаратами, а также некоторых видов плесневых грибов, в частности, из рода пенициллум, способных выделять микотоксины - очень вредные вещества, накапливающиеся в «заплесневевших» продуктах, особенно высоким был эффект в сочетании с маслом базилика эвгенольного. В перспективе, такие смеси эфирных масел можно использовать для  предотвращения порчи продуктов. У эфирного масла индийского сорго проявлялась высокая активность против золотистого стафилококка, в том числе и против штаммов, устойчивых к ряду антибиотиков.

 

Противовоспалительные свойства обусловлены присутствием флавоноидов, прежде всего производных лютеолина и его применение при воспалительных заболеваниях желудочно-кишечного тракта вполне обоснованы. Однако при сильном противовспалительном действии, в том числе и при наружном применении, обезболивающего действия, как например, у гвоздичного масла, не отмечено. Благодаря антиоксидантному действию, экстракт лимонного сорго обладал гепатопротекторным действием, особенно при профилактическом приёме.

 

В домашних условиях сухая и свежая трава может быть использована при простудных заболеваниях, диспепсии, колите. Настой растения стимулирует выработку молока у кормящих матерей.

 

Для приготовления настоя 1 столовую ложку измельчённого сырья заливают стаканом кипятка и используют как для ингаляций, так и внутрь. Эфирное масло обладает тонизирующим действием на кожу и ткани, поэтому рекомендуется для наружного использования в виде массажного масла в смеси с персиковым или оливковым маслами. Кстати, оно одно из самых недорогих. В лосьонах и кремах его используют при жирной коже, открытых порах, дерматомикозе стоп.

 

Противопоказания: Эфирное масло требует осторожного применения и предварительной консультации у ароматерапевта. У некоторых неразведенное эфирное масло может вызвать раздражение кожи, а само растение при соприкосновении у некоторых особо чувствительных особ (с аллергией на цитраль) может вызывать аллергические реакции.



На кухне…


В азиатской кухни его добавляют в смеси карри, соусы, маринады, подливки к мясу, рыбе и морепродуктам. Нижнюю часть розетки листьев отваривают и используют в качестве гарнира, а измельченные сушеные листья можно добавить в обычный чёрный или зелёный чай по вкусу. Интересно, что такой чай и в холодном виде очень вкусный и прекрасно утоляет жажду в жаркий летний день.

 

Как овощи используются нижние части розеток

Как овощи используются нижние части розеток


… и в горшке


Самое удивительное, что это лимонное сорго можно купить в обычном овощном магазине, выбрать розетку с более или менее сохранившимися корнями и посадить. Предварительно лучше обработать нижнюю часть розетки  с остатками корней стимулятором корнеобразования (Корневин, Гетероауксин, Эпин-экстра), как указано для других похожих по биологии декоративных культур и высадить в горшок с рыхлой и плодородной почвой.

 

Семена индийского лимонного сорго можно купить. Растение предпочитает хорошо освещённый подоконник. Почва предпочтительна рыхлая, от слабо кислой до нейтральной. После этого до укоренения растения нужно поливать, не допуская продолжительного пересыхания почвы. После того, как растения укорениться, его засухоустойчивость возрастёт. Растение выдерживает кратковременное пересыхание, но не долго. При этом сильно страдает его внешний вид.

 

Весной растения обязательно нужно подкармливать комплексными удобрениями. Летом можно выносить погулять. В европейских странах его вообще высаживают в грунт после того, как минует опасность заморозков, как однолетник. Но, естественно, всегда оставляют маточные растения, которые передерживают в теплице или на подоконнике.

 

В этом горшке растение может расти достаточно долго, но лучше 1 раз в 2 года делить кустики и рассаживать в новую свежую почву в отдельные горшочки. Листья срезают по мере необходимости – для кухни и при перечисленных выше заболеваниях.

 

Но с другими растениями в одном горшке и даже рядом лимонное сорго не всегда уживается. Современные исследования выявили его способность ингибировать прорастание семян и подавлять рост и развитие некоторых растений.


Оригинал:

https://www.greeninfo.ru/vegetables/cymbopogon_flexuosus.html/Article/_/aID/5786

Гидролаты - наука и мистика

Перевод статьи: Hydrolats: Demystifying the mystical waters 

Около десяти лет назад, когда я перегоняла для исследований тонны ароматических растений, я не особо думала о гидролатах. Фактически, я выбросила десятки литров еще до того, как узнала, что они сами по себе являются ценным продуктом. Пару лет спустя встреча с гидролатом из цветков апельсина пробудила мой интерес и породила все возрастающее увлечение.


Если вам нравятся эфирные масла, скорее всего, вам также нравятся гидролаты. Они сейчас более доступны, чем когда-либо, и можно купить небольшой перегонный куб и начать экспериментировать самостоятельно. Граница между традиционным использованием трав и современными инновациями стерлась. При общем дефиците исследований и литературы легко поддаться нереалистичным ожиданиям в отношении использования гидролатов. Желание бросить какое-нибудь растение в перегонный куб и надеяться получить чудесную целебную воду, отражающую свойства всего растения, несомненно, вводит в заблуждение.

 

Гидролаты, гидрозоли, ароматические воды?

Для ароматерапевта все эти термины относятся к одному и тому же и могут использоваться как синонимы. Я предпочитаю термин гидролат, поскольку он наименее двусмысленен и также более распространен в Европе. Hydrolat означает беловатый, молочный вид свежего дистиллята, который со временем становится прозрачным.


С другой стороны, гидрозоль - это научный термин для обозначения определенного типа коллоида с диспергированными в воде твердыми частицами. Дистиллят, когда исходная эмульсия становится прозрачной, представляет собой раствор (однофазную смесь соединений), а не коллоид (стабильную двухфазную смесь).


Термин «вода» (на основе травы, цветов, ароматические, эфирные воды) также несколько расплывчат, поскольку он часто используется для обозначения искусственно ароматизированной воды, которая не была получена путем дистилляции.


Что же такого манящего в этих гидролатах? Это их привлекательный аромат, готовая к употреблению форма лекарственного растения, их нежная природа, пригодность для использования 1001 различными способами или щепотка тайны, окружающая их до сих пор плохо изученный состав? Или это что-то более глубокое, некий алхимический архетип человечества, который подавлялся веками, но продолжает выходить на поверхность в мире материализма, в котором нас уже ничто не удивляет?


Если в этом есть что-то, и поскольку многие из нас чувствуют необходимость стать алхимиками современности, давайте начнем с самого начала - с дистилляции. Гидролат является одним из четырех продуктов дистилляции, и двумя ключевыми параметрами, необходимыми для его понимания, являются летучесть и растворимость.


Волатильность компонентов гидролата.

Дистилляция - это метод разделения, при котором соединения разделяются на основе различий в их летучести. При перегонке ароматических растений мы обычно стремимся отделить все летучие органические соединения (ЛОС) от оставшегося остатка, используя воду и регулируя температуру и давление.


При гидродистилляции и перегонке с водяным паром ЛОС испаряются, а затем конденсируются в дистиллят вместе с водой, и гидролаты представляют собой почти чистую воду (см. Диаграмму ниже). Витамины, минералы, аминокислоты, дубильные вещества, флавоноиды, каротиноиды, горечи, алкалоиды и многие другие соединения обычно не испаряются.


Почему? Потому что они слишком тяжелые или слишком сильно связаны с молекулами воды электрическими силами, и, следовательно, их кинетическая энергия слишком мала, чтобы их можно было вывести из водной фазы. Если мы выпарим одинаковое количество гидролата и водопроводной воды из двух стаканов, только последний будет содержать белый минеральный осадок на дне.

hydrolat hydrosol composition volatiles volatile compounds

Общее количество летучих органических соединений (ЛОС) в гидролате сильно зависит от вида растений, соотношения воды и растительного материала и времени дистилляции и может варьироваться более чем в 1000 раз. Как правило, их количество составляет от 10 до 1000 мг ЛОС на 1 л воды, что соответствует 0,001% и 0,1% в пересчете на массу (эфирные масла находятся на другом конце, близко к 100% ЛОС). На диаграмме показан приблизительный верхний предел содержания ЛОС (0,1%) для большинства коммерческих гидролатов.


Однако из-за интенсивного испарения воды во время дистилляции более крупные молекулы и частицы могут попадать в аэрозоль из капель воды (пар) и перемещаться в конденсаторе, попадая в дистиллят (Labadie et al.2015). Количество дистиллированных нелетучих веществ невелико (вероятно, в следовых количествах), и маловероятно, что это способствует биологической активности. В целом, чем агрессивнее дистилляция, тем менее чистый и более чайный гидролат будет получен.


РАСТВОРИМОСТЬ: ЧЕМ СОСТАВ ГИДРОЛАТОВ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ЭФИРНЫХ МАСЕЛ?

Дистиллят самопроизвольно разделяется на полярную или гидрофильную фазу (гидролат) и неполярную или липофильную фазу (эфирное масло). Полярность в значительной степени определяет степень, в которой отдельные составляющие будут распределяться по любой фазе. Чем более полярно соединение, тем более высокая пропорция распределяется в гидролате, и наоборот.


Неоксигенированные соединения (терпеновые углеводороды, такие как лимонен, пинены, β-кариофиллен) являются неполярными молекулами - они не содержат кислорода и, следовательно, не образуют водородных связей с сильно полярными молекулами воды. Следовательно, они не смешиваются с водой и, как правило, распределяются почти исключительно в эфирном масле.


С другой стороны, многие кислородсодержащие соединения, такие как спирты, альдегиды или фенолы, немного лучше растворимы в воде. Таким образом, гидролаты тимьяна, чабера, орегано, корицы, гвоздики или эвкалипта обычно имеют более высокое общее количество растворенных летучих веществ и качественно напоминают эфирные масла, в то время как это не относится к гидролатам из листьев хвойных деревьев или цитрусовых.


Наиболее прямое определение гидролата - это водный продукт дистилляции растений, насыщенный эфирным маслом. Согласно этому определению, не должно быть качественной разницы между настоящим гидролатом, полученным путем перегонки растений, и поддельным, полученным путем прямой дистилляции эфирного масла или растворения его в воде до точки насыщения (что действительно является способом получения искусственного гидролата - эфирной воды). Неужели такой продукт будет неотличим от настоящего гидролата?


Сравнение эфирных масел и гидролатов, полученных в результате одной и той же дистилляции, ясно показывает, что они являются независимыми продуктами. Некоторые компоненты присутствуют в обоих продуктах, но в разных пропорциях, а некоторые можно найти только в эфирном масле или гидролате. В исследовании мелиссы лекарственной (Melissa officinalis) 30 компонентов входили исключительно в состав эфирного масла и 24 - в гидролат, в то время как 11 компонентов были обнаружены в обоих продуктах (Garneau et al. 2014).


Сравнение эфирного масла и композиции гидролата, полученной при одной и той же перегонке.

hydrolat hydrosol composition lemon balm melissa GC-MS

Мелисса лекарственная (Melissa officinalis), 240 мг/л идентифицированных ЛОС;

hydrolat hydrosol composition lavender lavandula GC-MS

Лаванда (Lavandula angustifolia), 602 мг/л;

hydrolat hydrosol composition cypress cupressus GC-MS

Кипарисовик (Cupressus sempervirens), 26 мг/л.

Составляющие менее 1% в обоих продуктах не показаны для ясности. Данные были получены из Garneau et al., 2014 (a) и предоставлены Histria Botanica (b, c); EO = эфирное масло; HY = гидролат


Из приведенных выше диаграмм легко увидеть, что распределение компонентов между эфирным маслом и гидролатом значительно варьируется от растения к растению. Большинство компонентов присутствует только в одном из продуктов, большинство из них в незначительных количествах.


Также возможно вычислить их качественное сходство - сколько профилей идентифицированных ЛОС разделяется между эфирным маслом и гидролатом. В образце лаванды продукты имели 24,2%-ное сходство их летучих профилей, в основном за счет линалоола. В случае кипарисовика сходство составило всего 1,3%, что показывает, что гидролат и эфирное масло - это практически совершенно разные продукты.


Как отмечалось выше, мы можем ожидать большей степени сходства для растений, богатых относительно более полярными соединениями, которые легче растворяются в воде. Так, в образце лавра (Laurus nobilis; данные, предоставленные Histria Botanica, не показаны на диаграмме) эфирное масло и гидролат были на 41,1% похожими, в основном из-за общих 1,8-цинеола и линалоола.


PLANT ≠ ESSENTIAL OIL ≠ HYDROLAT

Отсутствие исследований было основным виновником приравнивания свойств эфирных масел к травам. С увеличением количества исследований ситуация в отношении эфирных масел постепенно начинает меняться, но когда дело доходит до гидролатов, многие источники по-прежнему полагаются на традиционные лечебные травы.


Несмотря на отсутствие исследований, базовые знания фитохимии позволяют нам предсказать, что мы можем и что не можем найти в гидролатах, и, таким образом, более легко оценить их ценность. Давайте посмотрим на несколько примеров биоактивных компонентов, которые вы не найдете там (или, в лучшем случае, только в следовых количествах) либо из-за низкой летучести, либо из-за низкой растворимости в воде.

  • Дистилляты календулы (Calendula officinalis) не будут содержать тритерпеновые спирты, известные своими ранозаживляющими свойствами, а также антиоксидантные каротиноиды.
  • В дистиллятах эхинацеи пурпурной (Echinacea spp.) не будет алкиламидов с предполагаемыми иммуномодулирующими свойствами; гиперицин и гиперфорин с антидепрессивным действием в зверобоях (Hypericum perforatum); артемизинин, сесквитерпеновый лактон с противомалярийными и противоопухолевыми свойствами, содержащийся в полыни сладкой (Artemisia annua).hypericin hypericum hydrolat hydrosol


  • β-кариофиллен (BCP) - это сесквитерпен и фитоканнабиноид с огромным фармакологическим потенциалом. Он является важным компонентом каннабиса (Cannabis sativa), копайбы (Copaifera spp.), мелиссы (Melissa officinalis), черного перца (Piper nigrum), гвоздики (Syzygium aromaticum) и многих других эфирных масел. Однако он почти полностью нерастворим в воде, и вы не найдете его в гидролате (см. Пример мелиссы выше).
  • Перегонка плодов шиповника (Rosa canina) на витамин С бессмысленна, поскольку он не испаряется. Даже если бы это было возможно, оно бы быстро окислилось из-за присутствия кислорода и высокой температуры.
  • Танины вносят важный вклад в биологические эффекты таких растений, как шалфей, тысячелистник, гамамелис, можжевельник, кипарис, дуб и многие другие, благодаря их вяжущему действию. Однако получить дубильные вещества вы сможете только при употреблении правильно приготовленных водных настоев (отваров). Гидролаты и эфирные масла не содержат дубильных веществ или других вяжущих веществ и, следовательно, не обладают вяжущими свойствами.


Хотя эфирные масла получают из ароматических растений, гидролат можно производить из любого растения, которое вы только можете себе представить. Ни одно растение не лишено летучих соединений, включая те, которые считаются неароматическими, и вы найдете их в гидролате. Хотя такие продукты могут иметь ограниченное применение, сомнительно, что большие количества собранного растительного материала всегда могут оправдать их перегонку.


Во многих случаях гидролат просто не заменит чашку старого доброго чая! Каждый вид травяных препаратов имеет свои преимущества и недостатки; образование является ключевым при принятии решения о том, что лучше всего подходит для конкретного случая.

 

«ДРУГИЕ» КОМПОНЕНТЫ ГИДРОЛАТОВ

К настоящему времени должно быть очевидно, что гидролаты не являются ни разбавленной формой эфирного масла, ни концентрированной формой чая. Более уместно, мы можем описать их как водные продукты дистилляции растений с растворенными летучими веществами растений. Хотя многие летучие вещества характерны для эфирных масел, другие могут преимущественно распространяться на гидролаты. Так что же это за составляющие?


Это наименее изученная часть гидролатов и одна из причин их загадочной привлекательности. Как мы видели, это не обычные нелетучие вещества (по крайней мере, в значительных количествах), а производные жирных кислот, аминокислот и других метаболитов нетерпенового происхождения: спирты, альдегиды, кетоны, сложные эфиры и кислоты.


Присутствие органических кислот делает гидролаты кислыми (pH <7). Большинство кислот образуются в результате гидролиза сложных эфиров или окисления альдегидов. Уксусная кислота, продукт гидролиза ацетата, вероятно, является одной из наиболее распространенных кислот в гидролатах. Но если вы когда-либо видели отчет об анализе гидролата, вы могли заметить, что органические кислоты редко упоминаются в списке.


Причина в том, что для анализа гидролата ЛОС необходимо сначала экстрагировать и концентрировать с помощью неполярного растворителя, а кислоты трудно извлекать из воды, потому что полярность делает их более растворимыми в воде, чем другие составляющие. Кроме того, некоторые кислоты очень летучие, что еще больше затрудняет их обнаружение из-за перекрытия пиков растворителя на хроматограмме (д-р Бенуа Роджер, личное сообщение).


Со временем многие процессы постдистилляции могут происходить в присутствии воды. Одним из интересных примеров является образование антибиотика турбомицина А, производного индола, придающего оранжевый оттенок гидролату оранжевых цветов, подвергающемуся воздействию солнечного света (Roger et al., 2016). Есть много интересного для изучения разнообразия, динамики и биоактивных свойств этих соединений.

 

НЕТЕРПЕННЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ГИДРОЛАТОВ

Некоторыми примерами нетерпеновых летучих веществ являются фенилэтиловый спирт, метилантранилат, индол, цис-3-гексенол (также известный как листовой спирт).

 

hydrolats hydrosol constituents phenyl ethyl alcohol indole leaf alcohol

 

Фенилэтиловый спирт является одним из основных компонентов гидролата розы, но его всего около 1% в эфирном масле. Он также является основным компонентом абсолю розы, поэтому он имеет более высокую концентрацию, более низкую стоимость и ближе к аромату свежих лепестков. Тем не менее, запах эфирного масла сильнее, ярче и живее, и многие (в том числе и я!) считают его лучше, чем абсолют.


Помимо фенилэтилового спирта, метилантранилат и индол (производные аминокислот) характерны для абсолюта и гидролата цветков апельсина, придавая им тяжелое и наркотическое ощущение, в то время как они отсутствуют или присутствуют в очень небольших количествах в более свежем и ярком эфирном масле (нероли).


Листовой спирт (цис-3-гексенол) вместе с его сложным эфиром (цис-3-гексенилацетат) и альдегидом (цис-3-гексеналь) являются представителями летучих веществ зеленого листа (GLV), производных жирных кислот. Они почти повсеместно присутствуют в зеленых листьях и имеют сильный запах свежескошенной травы - это действительно то, что мы чувствуем, когда скашиваем или срываем свежие листья.


Биологически GLV действуют как сигнальные молекулы. Растения выпускают их, когда на них нападают травоядные, чтобы сигнализировать о своем присутствии хищникам или сигнализировать близлежащим растениям, чтобы они построили дополнительную линию защиты.


GLV часто обнаруживаются в небольших количествах в гидролатах, полученных из листьев, и могут способствовать дополнительной свежести их аромату (см. Таблицу мелиссы выше). Эфир листьев и особенно спирт листьев - классические парфюмерные ингредиенты, используемые для создания свежих зелено-цветочных аккордов в верхних нотах.


ГИДРОЛАТЫ И КЛЕТОЧНАЯ ВОДА

Это еще один загадочный аспект гидролатов. Некоторые авторы (Price и Price 2004, Catty 2001) описывают гомеопатические свойства гидролатов, их способность сохранять некоторую форму памяти или жизненную силу растений. Клеточная вода (вода из растительного материала, которая перегоняется в гидролат) считается важным элементом, обеспечивающим эти свойства, что является одной из причин, по которой высококачественные гидролаты следует перегонять из свежего растительного материала (Harman 2014).


Как известно, это дискуссионная тема в науке. Клеточная вода действительно обладает некоторыми интересными свойствами, поскольку она существует в высокоупорядоченном состоянии вокруг заряженных биологических полимеров. Поскольку внутреннее пространство клетки заполнено белками, липидными мембранами и заряженными частицами, не будет сюрпризом, если окажется, что большая часть клеточной воды хотя бы в некоторой степени упорядочена.

 

Объем структурированной межфазной воды и ее биологическое значение долгое время были предметом споров. Его роль в форме белков и ДНК, а также в облегчении их взаимодействия хорошо известна. Некоторые гипотезы также предсказывают, что межфазная вода может опосредовать определенные дальнодействующие взаимодействия внутри клеток, такие как перенос протонов и электронов или даже молекулярные колебания и электромагнитные поля, тем самым активно участвуя в динамике биохимических процессов (Chaplin 2006, Cifra et al.2011, Ho 2014).


Некоторые исследователи идут еще дальше, а другие скептически относятся к любой другой роли клеточной воды, помимо роли простого растворителя. В принципе, не исключено, что некоторые из этих предсказаний могут быть подкреплены макроскопическими квантовыми эффектами, которые, как недавно было обнаружено, играют роль в определенных биологических процессах. Эта увлекательная тема вызвала широкий интерес со стороны основного исследовательского сообщества в последние десять лет (Huelga и Plenio 2014).

 

Все это говорит о том, что у меня есть некоторые опасения по поводу значения клеточной воды для качества гидролата. Во-первых, гомеопатия основана на другом наборе принципов, таких как последовательное разбавление, потенцирование и правило «подобное лечит подобное», которые не зависят от клеточной воды. Во-вторых, как только молекулы воды нагреваются до точки кипения и высвобождаются из ячеек (как при дистилляции), их упорядоченная структура теряется, и они должны начать вести себя как обычная вода. И, в-третьих, реальное количество клеточной воды в гидролатах, вероятно, очень мало (вы можете получить гораздо более значительные количества, употребляя в пищу свежие фрукты и овощи).

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Многие ценители аромата подчеркивают, что мы мало знаем о составе и биологических свойствах гидролатов. Исследования действительно существуют, особенно для продуктов, имеющих высокую экономическую ценность. Их потенциальное применение - это пищевая и косметическая промышленность, с упором на их антимикробные, антиоксидантные и противовоспалительные свойства.


Без сомнения, они гораздо менее изучены, чем эфирные масла, и их использование в основном основано на традициях и индивидуальном опыте. У гидролатов есть преимущества перед эфирными маслами: вам не нужно разбавлять их для местного применения, вы можете использовать их с маленькими детьми в качестве ароматизаторов в еде и напитках, в тех случаях, когда вы обычно используете обычную дистиллированную воду, в диффузорах, в натуральная косметика, жидкость для полоскания рта и многие другие возможные способы.

 

Гидролаты можно пить, но убедитесь, что они микрофильтрованы и микробиологически протестированы, а также соблюдайте рекомендации по хранению (лучше всего использовать их как можно более свежими). Фактически, многие гидролаты имеют очень приятный и естественный вкус при правильном приготовлении и разбавлении. Иногда они также пахнут лучше, чем соответствующие эфирные масла, из-за более высокой доли кислородсодержащих соединений. Это прекрасные натуральные продукты в том виде, в каком они есть, без нужды в мистификации.


Источники литературы:

  1. Catty S. 2001. Hydrosols: The Next Aromatherapy, Healing Arts Press.
  2. Chaplin, M. 2006. Do we underestimate the importance of water in cell biology? Nature Reviews Molecular Cell Biology, 7(11), 861-866.
  3. Cifra, M., Fields, J. Z., & Farhadi, A. 2011. Electromagnetic cellular interactions. Progress in biophysics and molecular biology, 105(3), 223-246.
  4. Garneau, F. X., Collin, G., & Gagnon, H. 2014. Chemical composition and stability of the hydrosols obtained during essential oil production. I. The case of Melissa officinalis L. and Asarum canadense L. Am. J. Essent. Oils Nat. Prod, 2, 54-62.
  5. Harman A. 2015. Harvest to Hydrosol, Distill Exquisite Hydrosols at Home, botANNicals.
  6. Ho, M. W. 2014. Illuminating water and life. Entropy, 16(9), 4874-4891.
  7. Huelga, S. F., & Plenio, M. B. 2014. Quantum biology: A vibrant environment. Nature Physics, 10(9), 621-622.
  8. Labadie, C., Ginies, C., Guinebretière, M. H., Renard, C., Cerutti, C., Carlin, F. 2015. Hydrosols of orange blossom (Citrus aurantium), and rose flower (Rosa damascena and Rosa centifolia) support the growth of a heterogeneous spoilage microbiota. Food Research International, 76, 576-586.
  9. Price, L., & Price, S. 2004. Understanding Hydrolats: The Specific Hydrosols for Aromatherapy: A guide for Health Professionals. Churchill Livingstone.
  10. Roger, B., Burger, P., Baret, P., Chahboun, J., Cerantola, S., Fernandez, X., & Jeannot, V. 2016. Identification of antibiotic and antiproliferative compounds in natural orange blossom water. Journal of Essential Oil Research, 28(2), 89-95.

Переведено специально для Аромат Науки

Источник: https://phytovolatilome.com/hydrolats-demystifying-mystical-waters/

Production of secret to Chanel No. 5 under threat

Морони, Коморские острова: В густых зарослях посреди обедневшего архипелага в Индийском океане на Коморских островах Ибрагим Бакар собирает крошечные цветы иланг-иланга.

Едва заметные желтые цветы с опьяняющим ароматом содержат масло, которое придает характерный аромат Chanel № 5, одному из самых продаваемых ароматов в мире.

Иланг-иланг также является ключевым ингредиентом многих других духов, а Коморские Острова являются крупнейшим в мире производителем эфирного масла, получаемого из цветов - товара, который составляет одну десятую всех экспортных доходов архипелага.

Но десятилетия недостаточного инвестирования в стареющие плантации, массовое бегство собирателей цветов, готовых выполнять кропотливую работу, и вырубка лесов угрожают выращиванию цветов.


«Несмотря на экономическое значение эфирного масла иланг-иланга, удивительно, что нет программы улучшения для этого растения», - написала в своем исследовании Селин Бенини, специалист по сельскому хозяйству из Бельгийского университета.

Ежегодно Коморские острова производят от 30 до 40 тонн эфирного масла, в основном на острове Анжуан, где находится 350 винокурен.

«Один контейнер на 30 литров стоит несколько тысяч евро, это золотой слиток», - сказал Жерар, наблюдая за плантацией Humblot, названной в честь французского натуралиста Леона Хамблота.

Иланг-иланг возник на Филиппинах и на местном тагальском языке означает «цветок цветов». Французы завезли это дерево на остров Реюньон в 1700-х годах, а в начале 1900-х годов его выращивание распространилось на близлежащие острова Коморские острова и Мадагаскар.

В 1921 году Коко Шанель захотела найти цветок, улавливающий «запах женщины». Решением стал иланг-иланг, который привел к созданию Шанель № 5, духов с цветочным ароматом, но «очень абстрактных», - сказал Кристофер Шелдрейк, директор по исследованиям и развитию парфюмерии Chanel.

В других ароматах того времени преобладал аромат одного цветка.

Поскольку № 5 содержит значительное количество эфирного масла иланг-иланга, около 10 процентов, по данным Шелдрейка, компания стала одним из крупнейших покупателей драгоценной продукции Коморских островов.

Экономисты считают, что Коморские Острова могли бы извлечь больше из иланг-иланга, если бы в этом секторе был проведен капитальный ремонт.

В 2013 и 2014 годах страна экспортировала эфирного масла на сумму всего 1,5 миллиона евро (1,6 миллиона долларов) в год. «Это скромно», - сказал экономист Нур Аллах Алнур Ассик, добавив, что денежные переводы, отправленные коморцами, живущими за границей, приносят больше доходов.

Ибрагим Ахамада, экономист Международного валютного фонда, сказал, что цветок остается «потенциальным источником дохода и важной валютой для страны» при условии «серьезной реорганизации сектора».

Бакар, который унаследовал свой участок площадью 8 га от отца, хочет продвинуться вверх по цепочке создания стоимости, расширив свой бизнес от простой посадки деревьев иланг-иланг до дистилляции эфирного масла.

Но с его ограниченными сборами, чтобы сэкономить на покупке винокурни, нужно время.

Он продает один килограмм шестилепестковых цветов, которые цветут круглый год, менее чем за один евро.

«Если вы поставите 200 кг цветов, это должно равняться цене коровы - 1500 евро, а не только 200 евро», - сказал Бакар.

«Я знаю, что они многое делают с маслами, но у меня нет выбора. Я беру то немногое, что мне дают. Посмотрим, изменится ли это когда-нибудь », - добавил он, не уточнив, каким компаниям он поставляет свое масло.

Также мало людей, готовых взять на себя изнурительную работу по обрезке растений и сбору от 25 до 40 кг цветов в день в разгар сезона.

«Это сложно, потому что урожай невелик. Когда я объясняю работу молодым людям, они думают, что я сумасшедший, потому что мы так много работаем, чтобы производить так мало», - сказал Бакар.

По словам одного из рабочих, за эту работу также платят всего 50 евро в месяц.

Согласно отчету «Эрнст энд Янг» от 2009 года, базовая зарплата на Коморских островах составляет от 50 до 80 евро в месяц.

Жан Керлео, создатель крупнейшего в мире архива ароматов, Осмотеке в Версале, сказал, что люди взялись за эту работу только потому, что в стране с населением 734 000 человек мало рабочих мест.

Вырубка лесов также является серьезной проблемой, поскольку для перегонки нефти требуется много древесины из-за неоднородного электроснабжения.

За 20 лет лесной покров сократился на 25 процентов.

Chanel заявляет, что пытается заставить своих поставщиков сажать собственные деревья для дров, чтобы удовлетворить потребности в добыче эфирных масел.

Парфюмер также заявляет, что стремится обеспечить лучшие условия и справедливую заработную плату для рабочих на этих плантациях.

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии.

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии. Обзорная статья, часть 1.

Авторы: Nicholas Sadgrove и Graham Jones

Agriculture 20155(1), 48-102; https://doi.org/10.3390/agriculture5010048


Предисловие.

Этот обзор представляет собой всестороннее введение в соответствующие аспекты методологии экстракции, химии, анализа и фармакологии эфирных масел, а также дает представление об общих концепциях органической химии для читателей, не связанных с химией. Кроме того, в нем описываются исторические аспекты исследований эфирных масел, а также исследуются спорные вопросы терминологии. Затем следует изучение растений, производящих эфирные масла, в контексте Австралии с особым вниманием к обычаям аборигенов, историческим успехам и современным коммерческим перспективам. Из-за суровой засушливой среды австралийской суши, особенно из-за циклических климатических изменений, сопровождающих повторяющиеся циклы оледенения / послеледникового периода, в засушливых регионах появился богатый ассортимент уникальных эндемичных растений, дающих эфирное масло. Хотя некоторые из этих ароматических растений (особенно виды миртовых) дали начало коммерчески ценным отраслям, многое еще предстоит открыть. Учитывая потенциал рынка, вполне вероятно, что недавние открытия в нашей лаборатории и в других местах приведут к разработке новых продуктов. Этот обзор завершается акцентом на использование хемотаксономии при отборе коммерчески жизнеспособных хемотипов сортов с австралийского континента. Наконец, опираясь в основном на наши собственные результаты, мы предлагаем список австралийских эндемичных видов с новым коммерческим потенциалом.


1. Введение.

1.1. Терминология эфирных масел и методы производства.

Эфирные масла представляют собой смесь летучих липофильных (т.е. растворимых в жире) компонентов, чаще всего получаемых из листьев, веток, древесной пульпы или коры высших растений, но также широко встречающихся у мохообразных, таких как печеночники [1 ]. Хотя эфирные масла слабо растворимы в воде, растворимость в воде отдельных компонентов эфирных масел зависит от полярности молекул. Обычно ожидается, что компоненты с более полярными функциональными группами будут более растворимы в воде по сравнению с другими компонентами.


Эфирные масла чаще всего производят с помощью гидродистилляции; однако до этого отдельные компоненты всего эфирного масла присутствовали в исходной ткани либо в той же молекулярной форме, либо в виде термолабильного предшественника. Процесс гидродистилляции включает нагревание в присутствии воды до температур выше точки кипения с образованием смешанных газов, которые расширяются и попадают в конденсатор. Разновидностью этого является паровая дистилляция, при которой исходная ткань (листья, стебель или кора) помещается на пути пара, а не в самой кипящей воде, как при гидродистилляции.

Во время гидродистилляции образуются смешанные газы (пар и масляные испарения), испаряются в конденсатор, где они охлаждаются до температуры ниже 30°C и конденсируются на две разделенные (несмешивающиеся) жидкие фазы; одна фаза представляет собой гидрозоль, а другая - эфирное масло. Две конденсированные жидкости под действием силы тяжести поступают в делительную воронку, где они разделяются. Проблемы возникают, когда гидродистилляция выполняется при более высоких температурах, потому что температура гидрозоля недостаточно снижается перед поступлением в делительную воронку. Следствием этого является фракционирование эфирного масла с большим количеством компонентов с более высокими температурами кипения. Кроме того, может быть вообще невозможность конденсировать какое-либо эфирное масло; или при конденсации эфирные масла могут подвергаться повторному испарению, если температура гидрозоля слишком высока. Таким образом, обычно приоритетной задачей является регулирование температуры кипения для оптимизации гидродистилляции для максимального увеличения выхода эфирного масла.


Большинство авторитетов утверждают, что если для сбора жидкостей, содержащих летучие соединения, используется другой процесс, кроме гидро- или паровой дистилляции, такой как экстракция растворителем или механическое прессование, продукт не следует рассматривать как эфирное масло и вместо этого может называться «абсолютным маслом». При приготовлении «абсолюта» гексановый экстракт сначала извлекается из сырья и выпаривается для получения «конкрета». Конкрет растворяют в этаноле и охлаждают до -20°C. При этой более низкой температуре воски, стерины и другие липиды затвердевают и удаляются, что приводит к концентрации летучих соединений в продукте; абсолют.

Для описания ароматических препаратов можно использовать множество других названий, таких как «тинктура/настойка», «олеорезин» и так далее. Термин «эфирное масло» обычно используется, если делается ссылка на летучую фракцию любого из этих экстрактов, но это выражение также включает эфирные масла. При этом некоторые авторитетные специалисты по-прежнему называют масло из кожуры цитрусовых, полученное механическим способом, эфирным маслом, и это подтверждается Международной организацией по стандартизации [2, 3].


Точное определение термина "эфирное масло" может быть предметом споров среди заинтересованных лиц, включая ученых, ароматерапевтов или непрофессионалов. Хотя в целом достигнут консенсус, методы экстракции/извлечения все еще развиваются, и это может внести дополнительную путаницу в терминологию. Эфирные масла теперь можно экстрагировать с помощью современных методов гидродистилляции с использованием микроволн [4,5] или перегонки с помощью микроволн, которые не требуют дополнительной воды, кроме цитозольных и сосудистых жидкостей, уже присутствующих в исходной ткани [6]. Эти методы приводят к различиям, как качественным, так и количественным, в составе и выходе последующего эфирного масла [4,6]. Строго говоря, последний метод, не требующий дополнительной воды, не гидродистилляция, а просто дистилляция.

В связи с этим Международная организация по стандартизации (ISO) определяет эфирное масло как:

«Продукт, полученный из природного сырья путем перегонки с водой и паром, или из кожуры цитрусовых путем механической обработки, или путем сухой перегонки». [2,3]


Что касается классификации масел, выделенных из кожуры цитрусовых, таких как масло апельсина или бергамота, их обычно называют эфирными маслами [7,8]. Однако, используя эту терминологию, их можно спутать с эфирными маслами, полученными с помощью гидродистилляции. В первом случае при экстракции масла исходная ткань не подвергается гидродистилляции, а последующее масло содержит растворенные липиды (воски и стеролы) и другие более крупные нелетучие соединения, такие как кумарин бергаптен (31) (см. Рисунок A1) в случае масла бергамота (Citrus bergamia Risso.) [8,9].

Дальнейшие последствия определения эфирных масел появляются при рассмотрении традиционных медицинских применений ароматических растений. Это особенно актуально, когда растительный материал нагревается до образования едкого парообразного дыма, а затем конденсируется либо на коже [10], либо в легких при вдыхании [11]. В этом контексте лечебные эффекты могут иногда быть вызваны молекулярным взаимодействием между множеством соединений, которое может иметь как липофильный, так и гидрофильный характер. Такие потенциально синергетические взаимодействия не будут происходить при использовании только чистого эфирного масла, полученного при гидродистилляции [10]. Однако чаще всего задействовано одно активное соединение, которое производит большую часть лечебного эффекта [12], который может иметь липофильный или гидрофильный характер.


В связи с этим, немного более крупные неповрежденные или модифицированные соединения испаряются в больших количествах, когда задействованы более высокие температуры, например, в практике окуривания дымом у австралийских аборигенов [12] или, действительно, при дистилляции с помощью микроволн [4,6]. Эти немного более крупные соединения могут быть найдены в имитированных экстрактах курения или растворены либо в эфирном масле, либо в гидрозоле, когда используется микроволновая дистилляция.

Кто-то может предложить, чтобы летучие масла, полученные с использованием технологии микроволновой дистилляции или гидродистилляции, правильно называть эфирными маслами из-за химического изменения термолабильных компонентов, которые становятся частью эфирного масла как с натуральными ингредиентами, так и с этими производными «артефактами». Очевидно, что это предмет разногласий, и отрасли эфирных масел, возможно, потребуется приступить к разработке новой системы передачи информации, связанной с методом дистилляции, используемым для производства продуктов на основе эфирных масел, чтобы повысить осведомленность потребителей о потенциальных качественных различиях. Подобный подход может также потребовать включения отжатых масел из кожуры цитрусовых, чтобы избежать путаницы с гидродистиллированными маслами, также получаемыми из кожуры цитрусовых. Кроме того, в случае нагревания растительного материала для получения лечебных газов в этномедицинских контекстах это может быть распознано как смесь эфирных масел и других более крупных соединений, таких как дитерпены, вместе с более гидрофильными компонентами, которые обычно не обнаруживаются в значительных количествах в эфирном масле как таковом.


Чтобы избежать дальнейшей путаницы, исследователи и ученые часто используют слово «гидродистиллированное» или недавнее «дистиллированное» вместо «экстрагированного», если они имеют в виду эфирное масло.


Споры относительно номенклатуры эфирных масел также влияют на историю использования эфирных масел, поскольку летучие масла, использовавшиеся ранее, могут не подпадать под современное определение «эфирного масла», поскольку они не подвергались гидродистилляции в общепринятом смысле. Например, нет никаких доказательств того, что современная технология гидродистилляции была доступна в библейские времена или в Древнем Египте, а это означает, что медицинские применения, описанные в этих более ранних ссылках, скорее всего, использовали экстрагированные или абсолютные масла со смесью летучих и фиксированных компонентов и, следовательно, не использовались эфирные масла сами по себе [13], как принято считать [7,14].

Самое раннее достоверное описание эфирного масла, полученного методом, напоминающим обычную гидродистилляцию, было составлено Арнальдом де Виллановой (Arnald de Villanova) где-то в конце 12 или начале 13 века (1235–1311 гг. Н.э.). До этого детали примитивной формы дистилляции, используемой для производства скипидара и камфары (17), были описаны древними римлянами и греками в первом веке [13]. Однако, поскольку никакое другое эфирное масло не производилось таким образом, неясно, можно ли это рассматривать как доказательство производства эфирного масла в то время. Хотя есть явные доказательства того, что примитивная форма дистилляционной технологии использовалась с 400 г. до н.э. (терракотовый дистилляционный аппарат, датируемый примерно 400 г. до н.э., сейчас хранящийся в Музее Таксила, Пакистан) до девятого века, этот метод в основном использовался для производства дистиллированной воды, в которой фракционированные эфирные масла, такие как камфора (17), часто производились в качестве побочного продукта [13]. Используя такую ​​примитивную гидродистилляцию, можно без труда получить дистиллированную воду или «гидрозоли», но ценные эфирные масла невозможно уловить без современных методов, позволяющих охлаждать пар до требуемых более низких температур. Таким образом, могут быть сохранены только компоненты эфирного масла с более высокими температурами кипения, такие как камфора (17).

Технология дистилляции была усовершенствована в девятом веке более ранними арабскими учеными [15,16], но опять же неясно, использовали ли они эту технологию для преднамеренного производства эфирных масел или основное внимание уделялось цветочной воде. Таким образом, историки в настоящее время согласны с тем, что технология эфирных масел, которая была принята для терапевтического использования в Европе в средние века, была основана на работе Виллановы 13 века, которая предоставила самую раннюю запись, которая может быть надежно подтверждена [13].


Компоненты эфирного масла обычно имеют размер не более 300 дальтон [17], за исключением необычных случаев, связанных с более крупными дитерпеноидами, такими как ацетат инсенсола из Boswellia spp. [18,19,20] и они требуют более длительных периодов гидродистилляции (возможно, более высоких температур) с когобацией. Это положение может измениться с появлением новой технологии дистилляции, которая производит немного более тяжелые молекулы (примерно 350 Дальтон), таких как вышеупомянутый метод дистилляции с использованием микроволн.

Что касается получения цветочных вод или гидрозолей, гидрофобный характер эфирного масла вызывает фазовое разделение масла и воды, но следовые количества эфирных масел растворяются, как упоминалось ранее. Обычно из-за относительно низкой точки насыщения гидрозоль растворяет только небольшие количества эфирных масел, но иногда летучие компоненты могут растворяться в гидрозолях при относительно высоких концентрациях [12]. В таких случаях эти компоненты имеют большую полярность, чем другие компоненты эфирных масел, что делает их более растворимыми в воде. Минимизация количества дистилляционной воды и повторное использование гидрозоля может значительно повысить выход масла, полученного при гидродистилляции. Когобация - это один из методов, используемых для уменьшения потерь эфирного масла за счет растворимости в гидрозоле, когда гидрозоль вручную возвращается в куб на протяжении всего периода гидродистилляции.


Другой метод, используемый для уменьшения потерь эфирного масла на растворение в гидрозоле, использует устройство Клевенджера (рис. 1), которое возвращает гидрозоль в дистиллятор в режиме реального времени во время перегонки. Это также уменьшает общий объем воды, первоначально необходимый для дистилляции. К сожалению, одна из проблем при использовании аппарата Клевенджера заключается в поддержании более низкой температуры гидрозоля, поскольку более высокие температуры могут привести к снижению выхода масла или к образованию эмульсии масла в гидрозоле. Недостатком аппарата Клевенджера является то, что эфирные масла должны плавать (быть менее плотными, чем вода), иначе они уйдут обратно в куб с гидрозолем.


Как показано на рисунке 1, конденсатор (D) расположен непосредственно над устройством типа Клевенджера (C). Здесь мы наклонили конденсатор так, чтобы конденсаты текли по сторонам стекла и встречались с жидкостью с пониженной скоростью. В традиционной пространственной конфигурации типа Клевенджера конденсатор расположен вертикально по отношению к поверхности жидкости, но, по нашему опыту, падение жидкости из конденсатора нарушает фазовое разделение эфирного масла и гидрозоля. Кроме того, размещение конденсатора таким образом, чтобы конденсированные жидкости возвращались через проход пара, является причиной трудности снижения температуры гидрозоля. Для борьбы с этим мы отрегулировали нагревательный кожух (B) на более низкую температуру с помощью регулятора мощности (A). Однако лучшей мерой было бы изменить устройство Клевенджера так, чтобы включить водяную рубашку вокруг фаз эфирного масла и гидрозоля для поддержания более низкой температуры и, следовательно, предотвращения повторного испарения.

Фаза эфирного масла обычно плавает над гидрозолем, но в редких случаях, когда эфирное масло плотнее воды, оно оседает ниже гидрозоля [21]. Например, некоторые фенилпропаноиды, такие как сафрол (14) и метилэвгенол (15), плотнее воды и оседают ниже гидрозоля, но только если они занимают достаточно высокое относительное содержание во всем эфирном масле. Примером этого является эфирное масло, полученное из одного из хемотипов Eremophila longifolia (Scrophulariaceae) в Западной Австралии [22], которое представляет собой смесь сафрола (14) и метилэвгенола (15), составляющую примерно 97% от состава эфирного масла. В этом конкретном случае гидродистилляция этого вида с использованием аппарата типа Клевенджера не сможет захватить эфирное масло, потому что оно вернется в куб с гидрозолем.


Agriculture 05 00048 g001

Рисунок 1. Гидродистилляция с использованием аппарата Клевенджера. (A) Регулятор мощности; (B) Нагревательный кожух с круглодонной колбой, содержащей воду и ароматическое сырье; (C) Аппарат типа Клевенджера, который возвращает гидрозоль в дистиллятор и поддерживает фазу эфирного масла, но только для эфирных масел, которые менее плотны, чем вода, и поэтому плавают; (D) Конденсатор.


Эфирные масла биологически рассматриваются как метаболиты, имеющие второстепенное значение для организма, потому что, в отличие от первичных метаболитов, они не универсальны для всего растительного мира и не составляют каких-либо основных строительных блоков жизни [17]. Хотя такие вторичные метаболиты обычно считаются побочными продуктами метаболизма, широко признано, что они обеспечивают эволюционное преимущество для растения (или мха печеночника), которое может включать защиту от таких организмов как грибы, насекомые или травоядные. В качестве альтернативы эфирные масла могут играть менее очевидную экологическую роль, например, в отношении огнестойкости, привлечения опылителей и / или травоядных животных для распространения семян, устойчивости к засухе или биосемиоза между растениями (феромоны).


Хотя эфирные масла могут вносить значительный вклад в эволюционное выживание соответствующего организма, термин «эфирное масло» не связан с этой функцией. Распространенное заблуждение состоит в том, что эфирные масла называют «эфирными» маслами (душа растения), чтобы подчеркнуть их важность для биологического выживания организма. Однако термин «эфирное масло» на самом деле происходит от слова «quintessence», английского перевода Quinta essentia. Этот термин означает пятый элемент в более раннем алхимическом созвездии, использовавшемся для эфирных масел в начале 16 века швейцарским пионером медицины Бомбастом Парацельсом фон Гогенхаймом [13]. В то время фон Гогенхайм считал, что эфирное масло является наиболее чистой и концентрированной формой лекарственного вещества любого растения, полученной путем гидродистилляции растительной ткани.


Использование термина «квинтэссенция» фон Гогенхаймом является отражением парадигмы Аристотеля, которая описывала материю как состоящую из пяти элементов: земли, огня, воды, воздуха и духа. Квинтэссенция (буквально пятая сущность) рассматривалась как последняя из них; дух или жизненная сила растения, которую можно удалить и удержать в процессе дистилляции. Использование современного термина «духи» для описания различных жидкостей, в частности, произведенных путем дистилляции, снова является отражением этой древней концепции [17].


Эфирному маслу дано множество других названий. К ним относятся эссенция, ароматное масло, эфирное масло или ароматическое масло [21]. Последний термин «ароматический» - это еще один термин, который вызывает много недоразумений и споров. Хотя термин «ароматический» в современном использовании описывает качество испускания аромата, который либо приятен, либо отвратителен для носа, ароматическое соединение или часть, говоря языком химии, имеет химическое строение, которое приводит к делокализации электронов. обеспечение большей молекулярной стабильности. Таким образом, эфирные масла могут быть смесью ароматических и алифатических (неароматических) соединений, все из которых способствуют ощущаемому аромату. Это очевидно для профессиональных химиков, но приводит к путанице с другими ненаучными пользователями эфирных масел.

Говоря строго химически, ароматические соединения, также часто называемые аренами, содержат ароматическую группу. Ароматическая группа плоская, циклическая с перекрывающимися p-электронными орбиталями и нечетным числом электронных пар в пределах образования π-связи ((4n + 2) / 2). Хотя бензольный фрагмент является наиболее часто цитируемым примером [21]; другие ароматические группы включают гетероциклы пиррол, пираны, фураны и тиофены.



Термин ароматическая (или арен) впервые вошел на язык химии, когда Август В. Хофманн (1855) использовал его в отношении ряда летучих одно- и «двухосновных [sic] кислот», включая условно названную инсолиновую кислоту. Поскольку все соединения в ряду Хофмана содержат бензольный фрагмент, термин «ароматический» стал ассоциироваться с ареновыми соединениями [23]. Поскольку все соединения в ароматическом ряду Хофмана содержат бензольную составляющую и имеют запах, термин ароматический стал ассоциироваться с эфирными маслами и другими молекулами, вызывающими запах. Когда развитие химии в конечном итоге продемонстрировало, что соединения, вызывающие запах, в основном представляют собой терпены и другие небензоидные химические группы, термин «ароматические» для описания этих соответствующих соединений сохранился. Таким образом, хотя термин «ароматические растения» в настоящее время широко используется для описания разновидностей, дающих эфирные масла, большинство соединений эфирных масел являются алифатическими в строгом химическом смысле.


1.2. Химия, хиральность и стереохимия эфирных масел

Конференции по эфирным маслам привлекают участников из самых разных профессий с разнообразным опытом. Некоторые из участников будут опытными химиками, в то время как другие вообще не знакомы с химией. Обычно ожидается, что наши читатели будут иметь хотя бы базовый уровень химии, но для читателей, не знакомых ранее, мы включили изображение и пояснения в Приложение, чтобы помочь в понимании молекулярных диаграмм, на Рисунке A2; уроки A – E. Кроме того, в Приложение включена информация, связанная с пониманием хиральности и стереохимии.

В химии эфирных масел большое значение имеют хиральность и стереохимия компонентов. Это связано с тем, что пространственная ориентация соединительных частей молекулы может значительно влиять на химическое поведение и фармакологическую активность соединения. В связи с этим молекулы с одинаковой молекулярной формулой и одинаковыми связями между атомами, но с различным пространственным расположением этих атомов, называются стереоизомерами. Два основных типа стереоизомеров, которые имеют отношение к обсуждению эфирных масел, - это диастереомеры и энантиомеры.

Обычно пару стереоизомеров называют диастереомерами, которые выделяют как отдельные объекты в обычном химическом анализе, таком как газовая хроматография (ГХ) или спектроскопия ядерного магнитного резонанса (ЯМР). Однако некоторые стереоизомеры являются точными зеркальными отображениями друг друга, которые нельзя накладывать друг на друга, как, например, левая и правая стороны (рис. 2). Каждый из них называется энантиомером хиральной молекулы. Примером хирального соединения является карвон (1) (рис. 2). Поскольку карвон (1) является хиральной молекулой, различия между энантиомерами нельзя наблюдать с помощью рутинной ГХ или ЯМР [24].


Agriculture 05 00048 g002


Рисунок 2. Два энантиомера карвона (1).


Термин «хиральный» впервые вошел в химический язык после того, как он был введен лордом Кельвином в 1893 году [25]. Оно происходит от греческого слова «рука», самого известного хирального объекта в природе. До того, как появилась технология для выяснения абсолютной стереохимии хиральных соединений, они были идентифицированы на основе способности вращать плоско поляризованный свет. Соединения, которые способны вращать плоскополяризованный свет, известны как «оптически активные», и им присваивается измерение «удельного вращения», которое обычно является уникальным для каждого хирального соединения. Однако каждый энантиомер в хиральном соединении будет вращаться одинаково в противоположных направлениях, один вправо, а другой - влево. Таким образом, один будет иметь отрицательное удельное вращение, которое находится слева, а другой будет иметь такое же положительное значение, что справа. Используя терминологию латинского языка, вращение вправо является правовращающим (dextro - производным от dexter для «правого»), а вращение влево - левовращающим (laevo- производным от laevus для левого). Таким образом, на более старом языке химии префикс для обозначения энантиомеров был либо d-, либо l-. Примеры того, где сохранился этот язык, включают d-альфа-пинен (2) и d-лимонен (3) (рисунок A2), которые иногда обозначаются как d - (+) - альфа-пинен и d - (+) - лимонен. , соответственно. Однако в последнее время использование d- и l- было прекращено и заменено символами положительного (+) и отрицательного (-) [21,24].


Примером ахиральной (не хиральной) молекулы является ρ-цимен (4). Эта молекула является ахиральной, потому что она накладывается на свое зеркальное изображение, но у нее нет хирального центра (имейте в виду, что ароматическое кольцо имеет делокализованные электроны, поэтому размещение двойных связей произвольно). Более ясная картина того, как выглядит хиральный центр, поясняется на рисунке 3.


Agriculture 05 00048 g003


Рисунок 3. Стереохимия молекулы, где вращение приоритетных связей вокруг хирального центра определяется как S или R (A), где симметрия может влиять на то, является ли что-то хиральным или ахиральным (B), и где два хиральных центра (или стереоцентр) для двойных связей может привести либо к цис-, либо к транс-изомерии (C), что может быть более точно обозначено Z- и E-, если изомерия происходит по двойной связи.


Удельное вращение хирального соединения измеряется с помощью поляриметра. Хотя эта технология довольно старая, ее использование в химии продолжается и по сей день. Однако, поскольку химики теперь осведомлены об абсолютной стереохимии каждого энантиомера (точная трехмерная конфигурация связей), правила описания энантиомера дополняются дескрипторами S или R (рис. 3A). Это помогает химикам передать трехмерное пространственное расположение атомов или групп вокруг связи, не прибегая к рисованию диаграммы. Такие дескрипторы обычно используются только в общем названии компонента эфирного масла, где присутствует только один хиральный центр, в противном случае каждому хиральному центру следует присвоить конфигурацию S или R, то есть (1R, 5R) - (+) - альфа- Пинен (2). Однако там, где конфигурации идентичны, принято использовать дескриптор только один раз, то есть (R) - (+) - альфа-пинен (2) [24].


Распространенное заблуждение - полагать, что S или R указывают направление вращения плоско поляризованного света, но это неверно. Хиральный центр, который находится в S-конфигурации, может быть либо положительным (+), либо отрицательным (-) энантиомером, но всегда будет противоположным R-конфигурации. Таким образом, если S = ​​(+), то R = (-) и наоборот [24].


Хиральный центр определяется как S или R путем вращения приоритетных групп вокруг основного углерода в связи (рис. 3A); это чисто конституционная концепция. Приоритетные группы определяются правилами приоритета Кана-Ингольда-Прелога (CIP), которые определяют приоритеты групп на основе более высокого атомного номера (более высокие числа = более высокий приоритет). Правила CIP подробно объясняются в любом современном учебнике органической химии [24].

В хиральном центре вращение приоритетных связей против часовой стрелки (влево от 12 часов) называется S, что происходит от латинского слова sinister (рис. 3A), означающего «неправильно» или «влево». В направлении по часовой стрелке он называется R от rectus, что означает «прямой» или «правильный», но в данном контексте он может означать «вправо» или «правильно». Поскольку в древних обществах влияние левой стороны считалось злом, латинское слово «зловещий», означающее «левый», сохранилось и сегодня в английском языке и означает зло или угрозу, больше не связанное с левыми. Однако очевидно, что современное химическое использование этих слов отражает древнюю концепцию, согласно которой левый и правый имели моральные коннотации [24].

В химии эфирных масел также характерно, что различия в хиральном центре приводят к совершенно другой молекуле, а не только к другому энантиомеру. Такие соединения асимметричны, но не хиральны (без зеркального отражения), поэтому они являются диастереомерами, как упоминалось ранее. Диастереомеры могут быть результатом изменения одного из двух или более хиральных центров или, альтернативно, стереохимии групп заместителей относительно двойной связи. Например, соединение с двумя хиральными центрами может привести к эпимерам, в которых два соединения различаются только одним хиральным центром (глобулол (52) и ледол (53) являются эпимерами). Это может существенно изменить химические и фармакологические свойства соединения (рис. 3С). Такие изменения будут более выраженными между диастереомерами, чем между энантиомерами. Однако, если группы в обоих хиральных центрах изменены, полученное соединение является его энантиомером [24].


Соединение с двойной связью может находиться как в цис-, так и в транс-изомере, что делает его одним из двух диастереомеров. Это соглашение также можно использовать для одинарных связей, но только в алициклической молекуле (неароматическая кольцевая структура), где вращение вокруг одинарной связи не может происходить. Эти изомеры определяются группами заместителей, которые представляют собой неводородное присоединение к хиральному центру или стереоцентру (стереоцентр является более общим выражением, которое включает стереохимию на двойной связи, а также на хиральных центрах). Если группа заместителей в одном стереоцентре находится на той же стороне молекулы, что и группа в другом стереоцентре, она называется цис-, а на противоположных сторонах - транс- (рис. 3С). В частности, если стереоцентры находятся на противоположных сторонах двойной связи, обозначения Z- и E- могут использоваться для замены цис- и транс-, соответственно (Z- от немецкого слова zusammen, означающего вместе; E- от немецкого слово entgegen, означающее противоположное) [24].

Однако в обозначениях E и Z используются упомянутые ранее правила приоритета CIP. Цис- и транс-изомерия не имеет, но альтернативно отдает предпочтение неводородным группам, которые находятся в другом положении по сравнению с его известным диастереомером. Кроме того, цис- и транс-заместители не всегда очевидны, что делает это соглашение довольно произвольным. Такая неоднозначность чаще встречается в сложных молекулах или где в стереоцентре присутствует более двух различных типов элементов. Вот почему цис- и транс-изомерия рассматривается как относительная стереохимия (по отношению к его известному диастереомеру), тогда как Z- и E-обозначения считаются абсолютными. Таким образом, аналогично дескрипторам R и S, обозначения E и Z в алкенах (молекулах с двойными связями) не всегда транслируются в цис- и транс-изомерию одного и того же алкена. Однако это несоответствие должно происходить только в том случае, если в стереоцентре присутствует более двух различных типов элементов, например, в случае 2-хлорбут-2-ена, изображенного на рисунке 3C. Поэтому такой двусмысленности можно избежать, используя только E- и Z-нотацию для алкенов, где соглашение об использовании цис- и транс- еще не установлено [24].


Как упоминалось ранее, обычно диастереомеры могут быть обнаружены с помощью базовой газовой хроматографии или ЯМР до ​​уровня их относительной (цис- или транс-) или абсолютной (Z- или E-) стереохимии, если об этом ранее сообщалось, но абсолютная стереохимия известные хиральные молекулы (S- или R-конфигурация хиральных центров) не могут быть реализованы без дальнейшего более полного исследования. Следовательно, при использовании такого неспециализированного оборудования невозможно различить энантиомеры в эфирном масле [24].

Важность хиральности возникает в химии эфирных масел, когда образцы искажаются ориентированными на прибыль производителями, которые фальсифицируют натуральные продукты более дешевыми синтетическими. Следовательно, необходимо регулярно принимать меры для подтверждения или опровержения заявлений о подлинности, сделанных продавцами и производителями на рынке. Производители эфирных масел также часто практикуют оптимизацию прибыли за счет фальсификации натуральных эфирных масел более распространенными натуральными, но более дешевыми эфирными маслами. Среди прочего, следствием любого вида фальсификации является то, что состав энантиомеров не отражает состав естественного эфирного масла. Дешевые производители зависят от того факта, что не будут использоваться какие-либо специальные методы для исследования состава их эфирных масел, но времена меняются [21,26].


Эфирные масла, биосинтезируемые растениями, состоят из множества компонентов, которые могут включать хиральные соединения. Обычно, если эти хиральные соединения синтезируются в лаборатории, будет получена смесь энантиомеров 50:50, но только если хиральный центр является частью реакции или если предшественник является рацемическим, что означает равное соотношение (50:50) энантиомеров. Такую смесь очень трудно разделить с помощью обычной недорогой хроматографии, в отличие от разделения диастереомеров, которые также образуются в реакциях синтеза и которые легче разделяются с помощью основной хроматографии. Поскольку разделять энантиомеры дорого и сложно, наличие рацемических смесей в натуральных продуктах является надежным показателем сокращения затрат и фальсификации [21].

Удельное вращение рацемата равно нулю, потому что вращение каждого из энантиомеров в сумме равно нулю. Хотя такая смесь называется рацематом, ее не следует путать со смесью с неравными пропорциями энантиомеров, которые могут встречаться в натуральных продуктах, часто в соотношении 40:60 [27]. Такая смесь называется энантиообогащенной или может быть определена как имеющая энантиомерный избыток (ee), который представляет собой цифру, которая показывает количество неспаренного энантиомера как массовый процент от целого (г / г), или насколько один энантиомер перевешивает другой. Таким образом, образцы энантиочистки (только один энантиомер) имеют ее 100%, тогда как рацемат имеет ее 0%. Кроме того, смесь с 75% R- или S-энантиомера будет иметь ее 50% (75 - (100-75) = 50). Другой способ взглянуть на это - представить, что энантиомерный избыток описывает часть смеси, которая не является рацемической (а не смесью энантиомеров один к одному) [21,24].


Поскольку высокая стереоспецифичность достигается в реакциях, катализируемых ферментами (биологических реакциях), такие природные хиральные соединения обычно энантиочистки, но не всегда. Несмотря на это, исследования, направленные на выяснение энантиомерного избытка эфирных масел, предоставляют рекомендации в отношении ожидаемых энантиотипов от выбранных исследуемых видов. Эта растущая область энантиотаксономии уже идентифицировала один или несколько энантиотипов в пределах одного вида, которые могут служить отпечатками пальцев там, где аутентификация является проблемой [21].

Следствием фальсифицированных эфирных масел является то, что они не обладают такими же фармакологическими или эстетическими качествами, как натуральные эфирные масла. Это было сделано неявно в более ранних исследованиях, где двойные слепые ольфактометрические исследования продемонстрировали, что энантиомеры дифференцировались по характеру запаха, который воспринимался специальной группой по запаху. В одном из таких исследований два энантиомера карвона (1) были синтезированы из энантиомерных образцов лимонена (3), в которых хиральные центры не были изменены в реакции, поэтому была достигнута высокая энантиомерная чистота карвонов. Используя группу из 21 надежного специалиста по запахам, запах (+) - карвона был охарактеризован как запах тмина, а (-) - карвон - как запах мяты [28]. Это согласуется с преобладающими энантиомерами тмина (Carum carvi L .: Apiaceae) и мяты колосистой (Mentha spicata L .: Lamiaceae) соответственно [21].


1.3. Химический анализ и стандартизация / Законодательство об эфирных маслах

Наиболее распространенный метод, используемый для определения химических характеристик эфирных масел, - это газовая хроматография в сочетании с масс-спектрометрией (ГХ-МС). Относительно небольшой размер компонентов эфирного масла означает, что все они летучие и поэтому могут быть разделены по температурам кипения. Этот процесс происходит в длинной тонкой колонне (30 м), имеющей вид спиральной проволоки. Эта колонка предварительно заполнена пористой неподвижной фазой, которая является полярной (слегка заряженной), такой как парафиновая колонка (полиэтиленгликоль; или  DB-воск, Carbowax 20M, PEG-20M), или неполярной, такой как полиметилсилоксан (HP -1MS или 5% дифенил-т.е. HP-5MS). Чаще всего используется аполярная колонка HP-5MS [29].

Эфирное масло разбавляется растворителем и вводится в нагретую камеру для инъекций (например, до 300°C), поэтому все компоненты эфирного масла испаряются и доставляются доброкачественным (нереактивным) газом (например, азотом или гелием) в начало колонки, которое обычно находится при более низкой температуре (например, 60°C), поэтому компоненты эфирного масла осаждаются на колонке [29].

В газовой хроматографии разделение выполняется путем нагревания колонки в сушильном шкафу, чаще всего с использованием запрограммированного линейного изменения температуры от более низкой до более высокой температуры; однако иногда используются изотермические программы (с постоянной температурой). Когда используется температурная программа, разделение компонентов происходит, когда температура повышается до каждой из точек кипения отдельных компонентов. В этот момент компонент испаряется и переносится инертным газом к детектору [29]. Наиболее распространенным детектором, используемым в газовой хроматографии, является масс-спектрометр, но пламенно-ионизационный детектор (FID) часто используется там, где важна точность количественного определения.


При использовании FID невозможно узнать идентичность соединения. Однако, если идентичность соединения и время его удерживания (сколько времени требуется, чтобы выйти из колонки) уже известны из предыдущего эксперимента, то GC-FID можно использовать для расчета точного относительного содержания каждого компонента в эфирном масле. Обычно перед GC-FID для идентификации компонентов эфирного масла используется GC-MS. Хотя GC-FID дает более точные данные количественного определения, чаще используется менее точный метод количественного определения, который рассчитывается на основе хроматограммы GC-MS (рис. 4).

На хроматограмме GC-MS время удерживания компонентов обычно отражает их размер и присутствие функциональных групп (рис. 4). На рис. 4 элюирование компонентов начинается с монотерпенов (C10), затем идут оксигенированные монотерпены и завершаются сесквитерпенами (C15). Хотя на рисунке 4 показан масс-спектр нескольких выбранных компонентов, такая информация всегда отображается в отдельном окне.


В масс-спектрометрии отделенный компонент (например, лимонен, 3) фрагментируется ионизацией электронным ударом, в результате чего образуется спектр ионов, разделенных по массе, причем более тяжелые компоненты оказывают большее инерционное сопротивление магнитному полю, чем более легкие компоненты. В процессе магнитного отклонения своего пути ионы отклоняются на детектор. Результатом является спектр, показывающий ионы разных размеров с разным относительным содержанием. Этот спектр обычно можно рассматривать как отпечаток каждого компонента эфирного масла. Из-за воспроизводимости этого эксперимента каждый масс-спектр можно сравнивать в спектральной библиотеке. Используя другую информацию, такую как время удерживания, можно получить достаточно надежное соответствие, за небольшими исключениями [29].


Agriculture 05 00048 g004


Рисунок 4. Газовая хроматограмма с масс-спектральными данными, наложенными для трех распространенных компонентов эфирного масла. На хроматограмме по оси абсцисс отложено время удерживания (RT) в минутах, а по оси ординат - количество в условных единицах.


Другой метод, заслуживающий упоминания, - это твердофазная микроэкстракция (ТФМЭ) или, проще говоря, анализ свободного пространства или абсорбция [30]. Этот метод доставляет летучие вещества на ГХ-МС, но позволяет избежать процесса экстракции или дистилляции растворителем. В этом методе используется адсорбционная твердая фаза, которая находится в свободном пространстве ароматического препарата. После этого либо твердая фаза может быть введена непосредственно в ГХ-МС, либо летучие вещества могут быть десорбированы в растворитель перед введением. Ряд адсорбентов используется в SPME, и они перечислены Reineccius [30].

После проведения анализа с помощью ГХ-МС, в котором присутствуют расхождения в идентификации, компоненты эфирного масла могут быть очищены с помощью флэш-хроматографии перед анализом с использованием спектроскопа ядерного магнитного резонанса (ЯМР). Флэш-хроматография достигается за счет упаковки силикагеля (полярная фаза) в вертикальную колонку со смесью растворителей. Эфирное масло добавляется в верхнюю часть колонки. Поскольку каждый компонент имеет разное сродство связывания с силикагелем, компоненты впоследствии можно вымыть по отдельности одним и тем же растворителем под давлением. Смесь растворителей подбирается в зависимости от полярности целевого соединения для оптимизации разделения [29].

ЯМР очищенного компонента обеспечит уникальный спектр сдвигов 13C или 1H, который можно сопоставить с опубликованным значением, если это известное соединение. Если нет, более полное структурное выяснение может быть выполнено с помощью экспериментов 2D-ЯМР. Кроме того, с помощью экспериментов 2D-ЯМР можно обнаружить новые структуры. Теория, лежащая в основе ЯМР, подробно объясняется в любом современном учебнике органической химии [24].


Спектральные данные, полученные с помощью ЯМР, а также масс-спектральные данные с ГХ-МС не помогут в различении энантиомеров. Кроме того, энантиомеры нельзя разделить ни полярной, ни неполярной неподвижной фазой в хроматографии, если не используется другое сродство связывания. Для этого в стационарную фазу включают энантиочистую добавку, наиболее распространенной из которых являются энантиочистые арильные или алкильные производные циклодекстрина (α-, β- или γ-циклодекстрины). Такая неподвижная фаза называется «хиральной колонкой», которую можно приспособить к ГХ-МС для хроматографического разделения энантиомеров. Эта методология, называемая энантиоселективной хиральной газовой хроматографией (энантио-cGC) [31], является предпочтительным выбором для аутентификации эфирных масел, поскольку не требует предварительного разделения. Можно ввести все эфирное масло, и хиральное соединение разделится на два пика. Без доступа к хиральной колонке можно использовать более примитивный метод, включающий флэш-хроматографию и поляриметр, но это оказывается очень затратным по времени и ресурсам.


Знание химического состава эфирного масла, а также энантиомерного избытка хиральных компонентов составляет наиболее важную часть процесса стандартизации. Если оба этих химических аспекта соответствуют опубликованному стандарту, другие физические параметры эфирного масла должны соответствовать. Таким образом, при правильном количестве компонентов в относительных количествах в пределах определенного диапазона и правильном энантиомерном составе оптическое вращение и показатель преломления всего эфирного масла, его цвет, плотность и внешний вид должны соответствовать определенному стандарту [3].


Однако эти другие параметры могут быть повышены, чтобы стать более значимыми инструментами аутентификации, когда эфирные масла фальсифицированы с маслами-носителями или разбавлены спиртом. Кроме того, это также может иметь значение, если эфирное масло производится с использованием метода, отличного от гидро- или паровой дистилляции. Это уместно при производстве абсолю или масел, полученных методом холодного отжима, таких как ранее упомянутый пример бергамота (Citrus bergamia Risso and Poit). В этом случае будут присутствовать компоненты, отличные от тех, которые определены в ГХ-МС; компоненты, которые не являются летучими или газообразными. Таким образом, для целей стандартизации необходимы все параметры аутентификации, а не только химический характер, определенный с помощью газовой хроматографии.


Еще один фактор, который следует учитывать при подготовке или изучении опубликованных стандартов эфирных масел, - это наличие хемотипов. Чрезвычайно часто для одного вида, дающего эфирное масло, образуются разновидности эфирных масел, называемые хемотипами. Хемотипы часто возникают там, где географические или геологические различия влияют на диверсификацию биосинтетических путей. Хемотипы могут быть результатом расходящихся эволюционных путей или факторов окружающей среды, таких как тип почвы или высота над уровнем моря. В тех случаях, когда хемотипы встречаются у вида, опубликованные стандарты, как правило, специфичны, например, стандарт масла чайного дерева (Melaleuca alternifolia Cheel), установленный Международной организацией по стандартизации (ISO: Женева, Швейцария), уточняет описываемый хемотип: “Oil of Melaleuca, terpinene-4-ol type (Tea Tree Oil)’ (ISO 4730:2004)  [3]. Стандарт, описанный ISO, идентичен стандарту, описанному в Standards Australia (AS 2782-2009) [32] (рисунок 5).

Agriculture 05 00048 g005

Рисунок 5. Австралийский стандарт содержания химических компонентов в масле чайного дерева (AS 2782: 2009), хемотип терпинен-4-ол, стандарты Австралии [32].


Стандарт ISO определяет масло чайного дерева как:

«Эфирное масло, полученное паровой дистилляцией листьев и молодых веточек Melaleuca alternifolia (Maiden et Betche) Cheel, Melaleuca linariifolia Smith и Melaleuca disitiflora F. Mueller, а также других видов Melaleuca, при условии, что полученное масло соответствует требованиям, приведенным в настоящем международном стандарте».



Что касается появления хемотипов, также требующих опубликованных стандартов, а также информации, относящейся к энантиотаксономии, органам по стандартизации во всем мире предстоит многое наверстать. Однако те органы по стандартизации, которые считаются наиболее надежными с точки зрения описания химических компонентов эфирных масел, - это упомянутый ранее ISO и “Association Française de Normalisation” (AFNOR: France) [33]. Другие органы по стандартизации включают Британскую [34], Международную, Европейскую фармакопеи и Фармакопеи США. Хотя в Австралии нет фармакопеи как таковой, австралийские стандарты соблюдаются Стандартами Австралии [32].

Вкратце, все стандарты хранятся под ссылочным номером, который включает номер файла и год последнего пересмотра. Опубликованные стандарты также должны соответствовать стандартам измерения и представления, которые также определены ISO, однако эквивалентные ссылки в Австралии перечислены вместе со ссылками на ISO в таблице 1. Для просмотра любого из этих стандартов они должны быть сначала приобретены у организации. Хотя стандарты не применяются законом, производители эфирных масел могут гарантировать воспроизводимость и надежность, если их продукция соответствует общепринятому стандарту.


Таблица 1. Эквивалентные ссылки между Международной организацией по стандартизации (ISO) и Австралийскими стандартами (AS) в отношении эфирных масел и подготовки стандартов к публикации.
Reference to International Standard (ISO) Australian Standard (AS)
212 Essential oils—Sampling 4550 Essential oils—Sampling
11024 Essential oils—General guidance on chromatographic profiles 5025 Essential oils—General guidance on chromatographic profiles
11024-1 Part 1: Preparation of chromatographic profiles for presentation in standards 5025.1 Part 1: Preparation of chromatographic profiles for presentation in standards
11024-2 Part 2: Utilization of chromatographic profiles of samples of essential oils 5025.2 Part 2: Utilization of chromatographic profiles of samples of essential oils


Недавние проблемы в аутентификации масла чайного дерева были решены, когда было обнаружено, что энантиомерный избыток большинства хиральных компонентов масла чайного дерева был подобен маслу эвкалипта. Таким образом, производители масла чайного дерева могли обманным путем добавлять компоненты из масла эвкалипта для приведения уровней в соответствие со стандартом ISO, а способность enantio-cGC обнаружить это была ограничена. В этом случае enantio-cGC может быть дополнен масс-спектрометрией изотопных соотношений. Из-за различных кинетических и термодинамических факторов у разных видов во время первичной фиксации углекислого газа в процессе фотосинтеза изотопные отношения углерода варьируются между видами Melaleuca и Eucalyptus [31]. Следовательно, если изотопные отношения углерода не соответствуют известным отношениям для Melaleuca, эфирное масло можно рассматривать как фальсифицированное.


Не только стандартизация регулирует производство эфирных масел. Стандартизация просто обеспечивает воспроизводимость и соответствие, но там, где такие стандарты используются при формулировании продуктов, законодательство обеспечивает основу. Основная цель законодательства - регулировать количество биологически активного материала, добавляемого в продукт, в какой концентрации и объем информации, предоставляемой потребителю (в качестве ингредиентов), с тем, чтобы обеспечить контроль за здоровьем и безопасностью. Хотя многие могут относиться к законодательству с неприязнью, с противоречивыми взглядами и нерешительностью по всем направлениям, такое законодательство действительно влияет на использование эфирных масел, и поэтому ему следует уделять должное внимание.


Как правило, безопасность эфирного масла трудно предсказать, просто изучив его химический состав. Это связано с тем, что встречающиеся в природе комбинации редко демонстрируют такую ​​же биологическую активность, как отдельные компоненты. Однако первый индикатор биологической активности эфирного масла использует подход, основанный на компонентах [35]. При использовании подхода на основе компонентов наиболее часто упоминаемые примеры потенциально опасных соединений связаны с гепатотоксичностью, фототоксичностью и сенсибилизацией кожи. Безусловно, подавляющее большинство из них содержат ароматические фрагменты, такие как фенильная, фенольная или метоксифенольная группа. Фототоксичность довольно часто встречается у эфирных масел, полученных из видов цитрусовых, что приписывается сенсибилизирующим к ультрафиолету компонентам, принадлежащим к группам кумарина или фуранокумарина (например, бергаптену (31)) [36]. В контексте гепатотоксичности соединения, производные фенилпропаноидов, такие как метоксифенолы сафрол (14) и метилэвгенол (15), считаются опасными и канцерогенными [37]. Действительно, в австралийском контексте появление редкого хемотипа Eremophila longifolia F. Muell, который дает эфирное масло, полностью состоящее из этих двух компонентов, поставило под сомнение безопасное использование этого вида в течение долгого времени, прежде чем были описаны другие безопасные хемотипы [38].


Фенолы, такие как карвакрол (13) и тимол, считаются опасными, если потребляются в больших количествах или в более низких дозах, но в течение длительного периода времени, что приводит к гепатотоксичности. Масла с высоким содержанием кетонов, такие как вызывающий аборты пулегон (40), или альдегиды также следует использовать с осторожностью, но, конечно, есть много исключений из правил, таких как эфирное масло из Mentha piperita L, которое содержит большое количество ментона ( 39) [37].


Основная идея текстов, описывающих безопасность эфирных масел, заключается в том, что, хотя большинство из них можно считать безопасными при осознанном использовании, то, что они просто «натуральные», не означает, что их можно использовать без учета дозировки, «… ни одно вещество не является безопасным вне зависимости от дозы»[35]. Первый исчерпывающий текст по изучению безопасности эфирных масел был составлен в 1995 году Тиссерандом и Балаком [36], и в нем описывается несколько случаев госпитализации взрослых или детей, которые употребляли «безопасные» эфирные масла в небезопасных дозировках. Эта книга также включает множество анекдотических ситуаций, таких как случай с 11-летним ребенком, несущим в кармане флакон эфирного масла Cinnamomum zeylanicum Blume. Когда бутылка разбилась, мальчик носил те же штаны еще 48 часов и получил сильный ожог в области кармана. В другом случае нанесение камфары (17) на ноздри ребенка привело к мгновенному коллапсу, тем самым продемонстрировав влияние места нанесения [36].


При использовании эфирных масел большое значение имеет сенсибилизация, когда в определенных местах возникают аллергические реакции. Список этих аллергенов был составлен в недавнем исследовании, в котором частота сенсибилизации переходит в классификацию по группам. В порядке убывания приоритета аллергены группы 1 являются более серьезными, чем группы 2 или 3. Согласно первой поправке к «Правилам использования моющих средств и маркировке аллергенов», если какой-либо из этих аллергенов присутствует в моющем средстве или косметическом продукте, это обязательно следует декларировать независимо от способа добавления (например, в составе эфирного масла). В соответствии с директивой по ароматизаторам для биологически активных веществ установлены различные максимальные и минимальные уровни [35].

В то время как Европейский Союз контролирует законодательство о терапевтических товарах в Европе, в австралийском контексте такое одобрение регулируется Управлением терапевтических товаров (TGA) [39]. Когда в 1989 г. был принят Закон о лечебных товарах, ряд натуральных продуктов для дома был внесен в «Австралийский реестр терапевтических товаров» (ARTG), например, эвкалипт или масло чайного дерева. Однако австралийские натуральные продукты, которые не стали нарицательными, такие как другие лекарства аборигенов, не могли быть включены в ARTG без 75 лет документально подтвержденного использования с четкими руководящими принципами в отношении точного метода приготовления и безопасного использования. Поскольку "Materia medica" австралийских аборигенов в основном передавалась устно или задокументирована в книгах с минимальными подробностями, процесс получения разрешения ARTG на такие натуральные продукты является непростой задачей. Таким образом, исчерпывающее документирование такого использования должно начинаться с альтруистического подхода на благо будущих поколений.


Продолжение, часть 2


Оригинал статьи:

A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture

https://www.mdpi.com/2077-0472/5/1/48/htm


Sadgrove, Nicholas, and Graham Jones. 2015. “A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture.” Agriculture 5 (1):48–102. https://doi.org/10.3390/agriculture5010048.

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии 2

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии. Обзорная статья, часть 2.

Авторы: Nicholas Sadgrove и Graham Jones

Agriculture 20155(1), 48-102; https://doi.org/10.3390/agriculture5010048


Предыдущая часть

1.4. Биосинтез и субъективная классификация эфирных масел

Эфирные масла классифицируются как вторичные метаболиты, полученные в результате различных процессов биосинтеза, начиная с фосфоенолпирувата, продукта гликолиза глюкозы, образующейся в процессе фотосинтеза. Вторичные метаболиты можно определить как компоненты, которые присутствуют у одних видов, но не присутствуют у других, что резко контрастирует с четырьмя первичными метаболитами, которые составляют основные строительные блоки жизни и, следовательно, присутствуют во всех формах жизни, состоящих из белков, углеводов, нуклеиновые кислоты и липиды. Из вторичных метаболитов наиболее значимыми в отношении эфирных масел являются терпеноиды и шикиматы, хотя поликетиды также встречаются в эфирных маслах и также редко встречаются в алкалоидах [17].


Фосфоенолпируват является предшественником как шикимовой кислоты, так и ацетилкофермента-А. Таким образом, фосфоенолпируват является важным перекрестком в синтезе вторичных метаболитов и некоторых первичных метаболитов, таких как липиды. На этом перекрестке эти метаболиты на пути ацетилкофермента-A включают липиды, поликетиды и терпены, в то время как метаболиты на пути шикимовой кислоты включают кумарины, флавоноиды (окрашенные компоененты) и лигнин. Особый интерес представляет лигнин - сложный мономер ароматических спиртов, называемых монолигнолами, неотъемлемая часть вторичной клеточной стенки растений. Липиды также включают свободные жирные кислоты, которые присутствуют в жирных маслах, а иногда и в эфирных маслах. Кроме того, некоторые эфирные масла являются продуктами распада липидов [17].


Там, где путь также расщепляется у ацетилкофермента-A, с одной стороны образуется мевалоновая кислота, состоящая из трех молекул ацетилкофермента-A. Это служит предшественником изопренов, которые являются строительным блоком терпенов. С другой стороны, происходит карбоксилирование ацетилкофермента-A с образованием малонил-кофермента-A. Он соединяется с уксусной кислотой, а затем декарбоксилатами дает β-кетоэфир. Если этот процесс повторяется, молекула образуется с карбонильной группой на каждом чередующемся атоме углерода, отсюда и название поликетид. В качестве альтернативы кетоновая функция может быть восстановлена ​​до спирта, который затем удаляется с соответствующим гидрированием углерода и, следовательно, дает более высокий гомолог, давая начало жирной кислоте (липиду). Поскольку этот липидный путь соответствует синтезу поликетидов, существует объяснение того, почему жирные кислоты в большинстве своем имеют четную нумерацию [17].

Биосинтетическое происхождение шикиматов (или фенилпропаноидов) происходит от метаболического пути шикимовой кислоты. Сам биосинтез шикимовой кислоты начинается с ранее упомянутого фосфоенолпирувата и фосфата эритрозы-4, который является предшественником углеводов. Это означает, что биосинтез шикиматов отличается от углеводного пути [17].

Как упоминалось ранее, эфирные масла терпеноидов биосинтезируются посредством мевалонатного пути, включающего дериватизацию и полимеризацию 5-членных изопреновых алкенов из изопренилдифосфата (IPP) и диметилаллилдифосфата (DMAPP). Следовательно, изопреновые звенья объединяются для образования терпенов, включающих повторяющиеся углеродные цепи, кратные пяти. В настоящее время известно более 30 000 терпеноидов, выделенных из растений, микроорганизмов и животных, многие из которых содержатся в эфирных маслах. В этом наборе известных терпеноидов есть несколько химических классов, разделенных на группы по размеру и элементному / структурному составу. Известно, что монотерпены включают 25 различных классов терпеноидов, 147 классов существуют для сесквитерпенов, а дитерпены относятся к 118 классам [21].


Эфирные масла также можно описать и до некоторой степени классифицировать по их аромату. Масла с преобладанием монотерпеновых компонентов можно охарактеризовать как «верхнюю ноту», потому что аромат резкий и ощущается сразу после нанесения. Хорошо известные верхние ноты: цитрусовые (Citrus bergamia Risso) и имбирь (Zingiber officinale Roscoe). Такие масла верхней ноты содержат мелкие компоненты, которые быстро испаряются. Однако, хотя поначалу это не заметно, средние ноты (ноты сердца) и базовые ноты (нижние ноты) сильно влияют на эстетику запаха и маскируют резкость верхних нот. Кроме того, они воспринимаются сразу после того, как рассеиваются верхние ноты. Хорошо известными маслами сердечных нот являются масла лаванды (Lavandula angustifolia Mill.) и розы (Rosa damascena Mill.), которые, по описанию, обладают более мягким или округлым запахом. Эти масла состоят из компонентов, которые немного больше простых монотерпенов, таких как монотерпенолы и сложные эфиры. Масла, в которых преобладают сесквитерпены, обычно считаются производящими базовый запах. Базовые ноты обычно считаются богатыми, землистыми и глубокими, наиболее распространенным примером является мускус (Angelica archangelica L.). Обычно аромадизайнеры и парфюмеры стремятся комбинировать ноты, чтобы добиться оптимизации и сочетания ингредиентов, которые радуют чувства [41].


Возвращаясь к концепции биосинтеза эфирных масел, микробные эндофиты также могут играть значительную роль в их синтезе. Хотя еще не так много известно о том, как именно эндофиты могут участвовать в этом процессе, ясно, что, по крайней мере, такие эндофиты могут дать окончательное химическое изменение до того, как эфирное масло станет конечным продуктом. Такие микробные реакции называются биотрансформацией, которая представляет собой процесс, который можно использовать in vitro для создания менее распространенных компонентов из соединений-предшественников, которые доступны в изобилии. Уже известно, что эндофиты ответственны за биосинтез множества натуральных продуктов, некоторые из которых обеспечивают защиту от травоядных или других конкурирующих растений, таких как цитотоксический хинолиновый алкалоид камптотецин, биосинтезируемый de novo (с самого начала) эндофитным грибком Fusarium solani и накапливается в тканях Camptotheca acuminata Decaisne [42].

В случае бактериальных эндофитов становится все более очевидным, что они влияют на физиологию растений, поглощение питательных веществ и энергию роста растений через биосинтез фитогормонов, таких как этилен, индол-3-уксусная кислота и ацетоин, 2,3-бутандиол [43] . Были выделены такие бактериальные эндофиты из Lavandula angustifolia Mill, и было показано, что они секретируют метаболиты, которые ингибируют патогены человека. Из-за сходства ингибирования, продемонстрированного между эндофитами и эфирным маслом, было высказано предположение, что эндофиты могли участвовать в синтезе эфирного масла. Однако химические характеристики метаболитов эндофитов в этом исследовании не проводились [43]. В новаторском исследовании грибковых эндофитов Mentha piperita L. было продемонстрировано, что сам грибной организм биосинтезирует все компоненты эфирного масла de novo в ризосфере растения, хотя состав компонентов регулируется взаимодействием растений. [44].

У Lamiaceae секреторные структуры эфирного масла, называемые железистыми трихомами, хорошо изучены и считаются местом биосинтеза, накопления и секреции эфирных масел [45]. Очень мало исследований было посвящено выявлению возможных эндофитных бактериальных сообществ, которые могут быть вовлечены в этот биосинтетический путь и в каком качестве.


В настоящее время в индустрии ароматизаторов насчитывается около 100 молекул, полученных в результате ферментативных или микробных процессов [46]. Это связано с тем, что ингредиенты, полученные в результате преобразования натурального сырья с помощью микробных или ферментативных процессов, могут быть обозначены как «натуральные» в соответствии с законодательством Европы и США. Конечно, такие ароматизирующие соединения можно было бы получить более дорого из растений или сельскохозяйственных культур. В классической индустрии ароматизаторов преобладающим источником ингредиентов были растения, но по мере развития синтетической химии растительные источники устарели, особенно в более крупных отраслях, где сокращение затрат имеет приоритет. Эта фаза в конечном итоге сошла на нет, когда «натуральные» продукты стали привлекать значительно более высокие рыночные цены до двух порядков. В то время исследования микробных биотрансформаций начали расширяться, пока в отрасли не стали преобладать ароматизаторы микробного происхождения. Рост биотрансформации и de novo биосинтетических продуктов микробного происхождения в области промышленных ароматизаторов обязан своим успехом биологическому или «естественному» происхождению продуктов, которое дает такие ароматизаторы по значительно более низкой цене, чем классические методы производства [46]. Исчерпывающий обзор микробных трансформаций представлен Нома и Асакава [47] для биотрансформации монотерпенов и Асакавой и Нома [48] для сесквитерпенов.

Хотя такие микробные процессы доминируют на рынке, где востребованы отдельные изолированные ароматические соединения, цельные эфирные масла по-прежнему в основном получают из классического сельского хозяйства или сбора дикорастущих растений. Однако, стремясь снизить затраты и проблемы традиционного сельского хозяйства и уменьшить зависимость от сбора дикорастущих растений, исследователи предпринимают усилия по развитию отрасли производства эфирных масел, в которой участвуют крупномасштабные культуры тканей растений в попытке создать подходящие альтернативы производству эфирных масел [49]. В таком большом масштабе эта технология все еще находится в зачаточном состоянии. Неизвестные переменные, такие как роль эндофитов и их выживаемость в этих культурных средах, должны быть приняты во внимание. Кроме того, если показано, что эфирные масла, биосинтезируемые соответствующим «растением», синтезируются de novo из бактериальных эндофитов, такое культивирование растений будет пустой тратой ресурсов, если только синтетические предшественники не производятся самим растением.


1.5. Эфирные масла в сельском хозяйстве

Когда дело доходит до обсуждения эфирных масел в сельском хозяйстве, основное внимание, конечно же, уделяется максимизации урожая эфиромасличных видов растений, при этом производя эфирное масло в соответствии с опубликованными стандартами. Существует минимальное обсуждение того, как такие масла могут быть использованы в более широком смысле в самом сельском хозяйстве. Возможно, это связано с предполагаемыми затратами на применение эфирных масел в качестве пестицидов или гербицидов. Однако можно возразить, что снижение популярного спроса на синтетические ароматизаторы в пищевых продуктах для людей может означать, что такие продукты найдут применение в сельском хозяйстве в качестве замены гораздо менее популярных пестицидов и гербицидов. Если сельское хозяйство совпадает с органическими методами производства, такие соединения могут быть получены из бактериальных или грибковых культур.

Подавляющее большинство исследований эфирных масел сегодня ограничено фармакологической лабораторией или лабораторией по открытию новых лекарств. Возможно, это вызвано финансовым стимулом со стороны крупных фармацевтических фирм, которые стремятся выкупить патенты на биологически активные вещества, с обещанием огромной финансовой выгоды держателю патента. С другой стороны, это может быть следствием тяготения к популярной науке, которая стремится отмечать узкоспециализированные исследования и чисто академические открытия. Однако, как объяснил Murray, впоследствии были упущены вопросы, имеющие более практическое значение:


«Академические исследователи, как правило, больше озабочены поддержанием строгости науки, о чем судят их коллеги в журналах и материалах конференций, а не исследованиями, которые непосредственно способствуют использованию эфирных масел и развитию отрасли».

[50]


Преимущество использования летучих «натуральных» гербицидов в полевых условиях заключается в том, что они не сохраняются и не становятся частью послеуборочного продукта, а в некоторых случаях продукт может продаваться как «органический» и, следовательно, привлекать более высокую цену. Хотя это может быть преимуществом, необходимо предпринять усилия для увеличения времени пребывания во время фазы роста, используя поверхностно-активные вещества или технологию инкапсуляции. Возможность использования эфирных масел в качестве гербицидов уже была продемонстрирована, особенно в тех случаях, когда прорастание семян было подавлено, но, опять же, движение к использованию такой технологии на обширных фермах минимально из-за затрат. Еще одно преимущество использования летучих веществ в качестве дополнения к гербицидам состоит в том, что они могут облегчить опыление, действуя как определенные желательные аттрактанты насекомых, одновременно отталкивая другие [51].


Эфирные масла также могут использоваться в сельском хозяйстве, действуя как противомикробные соединения. Недавно законодательство ЕС запретило использование антибиотиков при выращивании животных на убой. Отчасти это происходит из-за растущей устойчивости патогенов [51], но в первую очередь это касается качества мясных продуктов в конце использования. В этом отношении наилучшей альтернативой являются натуральные продукты, особенно эфирные масла, поскольку они служат и другим целям. В сочетании с преимуществами, полученными при использовании эфирных масел в качестве противомикробных средств, они также действуют как стимуляторы аппетита и как стимуляторы выработки слюны, желудочного и панкреатического сока [52].


Антимикробная активность эфирных масел также может быть использована для борьбы с грибковой или бактериальной порчей продуктов, готовых к хранению, или для обработки фруктов и овощей на этапах сбора урожая. Проблема при использовании этой методологии заключается в том, что концентрации, требуемые для достижения такого ингибирования, могут добавлять другие ароматизаторы и ароматизаторы, незнакомые продукту [51]. Однако в последних инновационных технологиях используется низкое давление и поток теплого воздуха как средства для значительного усиления антимикробной активности эфирных масел, применяемых для фруктов и овощей [53].

Возвращаясь к оптимизации сельскохозяйственного производства эфирных масел, большое внимание было обращено на генетическую модификацию для повышения урожайности. Традиционно оптимизация урожайности была сосредоточена на онтогенезе растений, что означает отбор на определенной стадии роста или для конкретных органов, клеточных или тканевых структур растения. Предлагаемая биотехнологическая инновация включает модификацию растений для оптимизации фенотипических признаков, которые поддерживают производство эфирного масла, таких как трихомы или эпидермальные волоски и так далее [54]. Обычно, когда генная инженерия растений направлена ​​на активизацию пути биосинтеза, ограничивающим фактором является соединение-предшественник, что усложняет задачу. В то время как некоторые пытались воссоздать весь путь биосинтеза терпеноидов в рекомбинантных микробах, тем самым преодолевая поставку предшественников путем добавления их вручную после биосинтеза у другого микроба [55], следующая проблема заключается в использовании микроба, обладающего устойчивостью к целевому соединению. На практике ответом является микроб, полученный из самого растения [56].

В свете большего интереса и более легкого обращения с микробами в качестве биосинтетических фабрик, в частности легкости, с которой гены могут быть клонированы из растений в микробы, нет большого интереса к модификации самих растительных организмов для увеличения производства эфирного масла. Хотя поначалу это может показаться угрозой для сельскохозяйственной отрасли, возможность использования одного микроба для биосинтеза сложной смеси компонентов, идентичных эфирному маслу, все еще недоступна. И наоборот, использование набора микробов для индивидуального биосинтеза ингредиентов и, следовательно, создания смеси, вероятно, не встретит одобрения подавляющего большинства людей, которым нравится иметь эфирные масла растительного происхождения.


2. Фармакология широко известных компонентов эфирных масел.

2.1. Тестирование биологической активности.


Эфирные масла могут характеризоваться высокой или низкой биологической активностью, но это субъективное описание имеет относительное значение, исключительно в контексте эфирных масел. Ингибирующая концентрация эфирного масла с «сильным» противомикробным действием необязательно может быть такой же низкой, как у антибиотика, отпускаемого без рецепта. Следовательно, использование такой терминологии для описания биологической активности эфирных масел всегда должно дополняться значениями данных, чтобы показать контекст.

Стандартизация методов биологического тестирования все еще развивается, а это означает, что результаты, описанные в литературе, не обязательно могут быть легко воспроизводимыми. В этом отношении наиболее часто описываемая в литературе биоактивность связана с антимикробной, противовирусной, анальгезирующей, противоопухолевой, противовоспалительной, пищеварительной, семиохимической активностью, улавливающей свободные радикалы. Методология этих тестов будет кратко описана здесь [57,58].


Хотя в литературе продемонстрирован ряд видов биологической активности, наиболее часто упоминаемая активность эфирного масла - это его антимикробная активность. Возможно, это связано с тем, что тестирование на чувствительность к противомикробным препаратам - это простой, недорогой и понятный метод. С другой стороны, растущая популярность эфирных масел как противомикробных веществ может быть связана с опасениями по поводу растущей устойчивости патогенных организмов к основным антибиотикам.


Подобно обобщениям о токсичности эфирного масла для человека, подход, основанный на компонентах, может предоставить простое руководство для прогнозирования антимикробной активности эфирного масла, но фактическая активность не может быть известна до тех пор, пока образец не будет протестирован, и даже тогда результаты могут быть удивительными. Это простое обобщение дает наивысший приоритет (наивысшую активность) компонентам эфирного масла с высоким липофильным характером в углеводородном скелете, но высоким гидрофильным характером по его функциональной группе, с ранжированием следующим образом: фенолы> альдегиды> кетоны> спирты> сложные эфиры> углеводороды [ 58].


Для проверки антимикробной активности в основном используются два метода: дисковая диффузия и анализы разбавления бульона. Разновидностью диско-диффузионного анализа является лунно-диффузионный анализ, но оба они дают результат одного и того же типа, что является более качественным анализом ингибирования. Дисковая диффузия выполняется на чашке с агаром, в то время как разбавление бульона выполняется в питательном бульоне. Вкратце, в микробиологии чашки с агаром обычно используются в качестве среды для роста бактериальных или грибковых организмов (рис. 6А). Сам агар представляет собой студенистое вещество, обнаруженное еще в 1650–60 гг. нашей эры в Японии, происходящее из клеточных стенок водорослей. Его основная цель в чашке с агаром - действовать как отвердитель в обогащенной питательными веществами среде, чтобы создать плоскую влажную, богатую питательными веществами поверхность для легкого манипулирования растущими колониями микробов или грибов. В диско-диффузионном анализе эта поверхность полностью покрыта тонким слоем микробов, и на поверхность кладут бумажные диски. На каждый бумажный диск вносится обработка, в данном случае объем эфирного масла. Если эфирное масло оказывает ингибирующее действие на выбранный микроб, вокруг диска образуется зона просвета, представляющая диффузию антимикробного вещества через агар и внутрь него (рис. 6А) [59].


Рисунок 6. Примеры распространенных методов, используемых для тестирования на противомикробные препараты. Субъективная антимикробная активность демонстрируется диско-диффузионным анализом (A), а средние ингибирующие концентрации (MIC) рассчитываются из анализа разбавления бульона, проводимого в 96-луночном микротитровальном планшете, с колориметрическим детектированием роста микроорганизмов, красный цвет указывает на рост микроорганизмов (B ).


Метод дисковой диффузии не считается точным методом определения репрезентативной ингибирующей концентрации. Этот метод используется просто как инструмент первичного скрининга перед применением более строгого метода, которым будет анализ разбавления бульона. Анализ разбавления бульона почти всегда проводят в 96-луночном микротитровальном планшете (рис. 6В), где противомикробное вещество смешивают с богатым питательными веществами бульоном и последовательно разбавляют до постепенно более низких концентраций (т. Е. 5%, 2,5%, 1,25% и т.д.), обычно двигаясь слева направо. В анализах эфирных масел обычной практикой является добавление чего-либо, способствующего образованию эмульсии, из-за обычного разделения фаз масла и воды. В некоторых случаях используется небольшое количество агара, чтобы сделать бульон «неаккуратным» [60], но чаще используется детергент, такой как Tween 20 [61].


Хотя рост бактерий можно визуализировать по помутнению бульона, обычно перед регистрацией результатов в среду добавляют метаболизируемую соль (p-iodonitrotetrazolium). Соль превращается в окрашенное соединение живыми бактериями, и результаты можно прочитать по цвету (рис. 6В). Концентрация, при которой цвет не наблюдается, указывается как средняя ингибирующая концентрация (МИК). При такой концентрации неясно, был ли организм подавлен или уничтожен. Однако, если бульон из этой лунки разливают на чашку с агаром и на агаре не растут никакие организмы, то эту концентрацию также можно указать как среднюю бактерицидную концентрацию (МБК). Чем ниже MIC или MBC, тем выше активность масла [61].


Проблема, с которой часто сталкиваются в экспериментах по разбавлению бульонов с использованием эфирных масел, заключается в том, что они постоянно испаряются. Это приводит к снижению измеряемых концентраций и приводит к фракционированию масел из-за того, что некоторые компоненты имеют более высокое давление пара, чем другие. Возможно, более проблематичным является распространение компонентов из одной скважины в другую, что может создавать видимость синергетических или антагонистических взаимодействий, что опять же снижает воспроизводимость результатов. Хотя использование парафильма для фиксации всех летучих веществ в 96-луночном планшете имеет преимущество в замедлении испарения эфирных масел во время эксперимента [62], недостатком является то, что синергические или антагонистические взаимодействия могут быть усилены. Таким образом, более надежный метод заключается в использовании стерильного пластикового липкого листа, который закрывает все лунки по отдельности [63].

В обоих случаях авторы часто пытаются сообщить свои данные со средней и стандартной ошибкой, но из-за изменчивости и недостаточной воспроизводимости это вводит в заблуждение. Это связано с тем, что исходная концентрация будет влиять на концентрацию паров эфирных масел в атмосфере, которая может влиять на наблюдаемый МПК. Кроме того, данные MIC являются порядковыми, что требует другого типа статистического анализа. Как правило, если конкретное значение MIC может быть повторено по крайней мере 3 из 4 раз, оно считается значимым и может быть сообщено.


Хотя использование липкого стерильного пластикового листа для закрытия всех лунок 96-луночного микротитровального планшета можно считать наиболее надежным с точки зрения воспроизводимости результатов, все еще существует проблема перевода результатов, достигнутых в экспериментах (а именно, in vitro ) к действительным эффектам при применении на животных или людях (а именно, in vivo). С этой проблемой in vitro по сравнению с in vivo сталкиваются все биологические тесты, а не только антимикробные тесты.

Помимо антимикробных анализов, в других биологических тестах обычно используются животные модели или анализы культур клеток или тканей, где известные пути к патогенезу подавлены. Например, в воспалительной модели можно индуцировать ряд известных воспалительных путей с помощью анализа (или набора), и можно ввести тестируемое вещество (эфирное масло), чтобы попытаться подавить транскрипцию или активность соответствующих факторов. Некоторые хорошо известные воспалительные пути включают NO (оксид азота), TNF-α или PGE2 и это лишь некоторые из них [57]. Интересной разработкой для тестирования пути TNF-α является трансфекция линии моноцитарных макрофагов мыши RAW264.7 пДНК, которая кодирует репортерные белки (белки, которые могут указывать на результат эксперимента) [64]. В одном конкретном эксперименте активация NF-κB (которая приводит к продукции TNF-α) может быть визуализирована посредством одновременной транскрипции того же самого фосфоресцентного белка люциферазы, который более известен у видов светлячков (Photinus pyralis). Клетка «светится», когда запускается липополисахаридом, сигнализирующим о воспалении. Если клетка не светится, возможно, произошло ингибирование пути TNF-α [65].


В некоторых тестах на противовирусную активность клетки млекопитающих трансфицируют вирусом, и выживаемость клеток определяется любым из ряда колориметрических или проточно-цитометрических методов [66]. В самом базовом тесте на противораковую активность иммортализованные раковые клетки выращивают в культуре и исследуют на выживаемость или подавление в условиях соответствующего лечения [67]. Что касается антиоксидантной активности или активности по улавливанию свободных радикалов, окрашенные свободные радикалы можно уменьшить обработкой и сделать невидимыми невооруженным глазом, при этом результаты количественно оцениваются с помощью спектрофотометра в видимом спектре [68]. Вариант этого состоит в том, что свободный радикал при восстановлении окрашивается, что также измеряется с помощью спектрофотометра [69]. Для пищеварительной активности, связанной с блокировкой Ca2 + -зависимых ионных каналов, сегмент слепой кишки из кишечника животного может быть помещен в буфер и присоединен к сборке, которая измеряет спазмолитическую активность, связанную с сокращением слепой кишки. Избыток того или иного иона в буфере свидетельствует о блокировке канала [70].

Показано, что при семиохимической активности ряд видов насекомых отталкивается определенным лечением или эфирным маслом. Например, австралийское эфирное масло Eremophila mitchellii Benth оказалось сильным репеллентом против термитов [56]. Распространенной моделью на животных, используемой для демонстрации местных анальгетических свойств эфирного масла, является «тест с горячей пластиной», когда реакция мыши или крысы после того, как она поместила лапу на горячую пластину, может быть отсрочена обработкой определенным эфирным маслом [71].


Анальгезия также обычно связана с активностью центральной нервной системы, но в этом отношении ее называют антиноцицептивной активностью. Антиноцицептивная активность может быть более широко связана с психологическими эффектами, когда другие болезненные состояния включают депрессию, тревогу или истерию. Антиноцицептивная активность не рассматривается как биологическое свойство как таковое [57], но, тем не менее, имеет важное значение для биологической активности эфирных масел. В методах, обычно используемых для измерения таких эффектов, широко используются модели на животных, на которых вызываются боль или кишечные корки в результате внутрибрюшинных инъекций. Лечение направлено на уменьшение этих наблюдаемых эффектов [57].


Всесторонний обзор результатов такой биологической активности в контексте эфирных масел предоставлен Buchbauer [57] и Koroch et al. [58]. В связи с этим из-за чрезвычайно большого количества доступных сейчас данных о биологической активности, в настоящее время происходит смена парадигмы в биологических исследованиях эфирных масел. Растущее беспокойство о переводе результатов in vitro на использование in vivo вызвало ряд экспериментов, направленных на изменение применения эфирных масел для воспроизведения результатов in vitro на модели человека или животного.


Особое значение для эфирных масел имеют проблемы испарения, растворимости и абсорбции. В настоящее время проводится несколько исследований, направленных на улучшение инкапсуляции эфирных масел, которые могут включать инкапсуляцию эфирных масел в различные субстраты, такие как липосомы, покрытые хитозаном, для замедления испарения и повышения антимикробной активности [72]. Другой подход включает улавливание эфирных масел растворенными циклодекстринами, которые можно использовать в качестве кормовой добавки для маскировки вкуса, а также для замедления испарения эфирных масел и, следовательно, увеличения срока хранения мазей и кремов для местного применения [73]. Эксперименты по проникновению, в которых эфирные масла действуют в качестве носителя для другого противомикробного препарата, также были проведены с продемонстрированным успехом, что может быть связано с взаимодействием масел с жидкими кристаллами липидов кожи [57]. Можно утверждать, что такие инновационные методы будут составлять большую часть будущего биологических исследований эфирных масел.


2.2. Фармакологические свойства всемирно признанных эфирных масел

В конце 1800-х годов, когда химия эфирных масел только зарождалась, химический характер эфирных масел передавался в широких родовых категориях, таких как терпеноиды или фенилпропаноиды, или использовалась иная специальная химическая номенклатура. Терминология для выражения характера эфирных масел была позже расширена и улучшена после предложения Belaiche о назначении химических классов, которые можно было бы использовать для прогнозирования биологической активности самих масел [2]. Это произошло, когда известные французские авторы Pierre Franchomme и Daniel Penoel опубликовали книгу L’Aromathérapie éxactement [2], которая предоставила основу для классификации эфирных масел, которая используется по сей день. Franchomme и Penoel предоставили список этих типов в соответствии со структурным функционалом, которые перечислены в таблице 2 [2]. Некоторые из этих фармакологических групп не входят в состав эфирных масел в качестве общих компонентов, и они выделены курсивом, чтобы помочь читателю. Наглядное представление общих групп представлено на рисунке 7.


Таблица 2. Фармакологические типы эфирных масел, определенные по функциональным группам [2].
Типы эфирных масел, описанные Franchomme и Penoel
Alcohols and Phenols (hydroxyl group) Coumarins Ether-Oxides
Methoxycoumarins Acetophenones Hydroquinones
Non-Terpenoid Hydrocarbons Acids Oxides
Terpenoid and Non-Terpenoid esters Ketones; Lactones
Phenol and Methyl-Ether Phthalides Aldehydes
Bi- or Multifunctional Compositions Acids and Esters Terpenes (hydrocarbons)
Nitrogen Compositions Sulfur Compounds -



Agriculture 05 00048 g007

Рисунок 7. Примеры общих функциональных групп.


Фармакологически значимые функциональные группы эфирных масел имеют как терпеноидное, так и нетерпеноидное происхождение, если не указано иное. Что касается коммерчески значимых эфирных масел, монотерпеновые углеводороды, такие как α-пинен (2), лимонен (3) или ρ-цимен (4), являются основными компонентами грейпфрута (Citrus paradise Macfad: Rutaceae), сосны (Pinus pinaster Aiton: Pinaceae), ягоды можжевельника (Juniperus communis L .: Cupressaceae) и ладан (Boswellia carteri Birdw: Burseraceae) соответственно. S-энантиомер лимонена (3) наиболее известен из Citrus, тогда как R-энантиомер известен из Turpentine [26].


Такие эфирные масла с преобладанием монотерпенов обладают выраженным противовирусным действием и сушат кожу [2]. Было продемонстрировано, что фенилуглеводород ρ-цимол (4) обладает сенсибилизирующим действием на кожу, поэтому эфирные масла, богатые ρ-цимолом, избегают при местном применении [40]. Фенолы также могут демонстрировать такие эффекты вместе с гепатотоксичностью при приеме внутрь в высоких или умеренных концентрациях в течение длительного периода времени [2].


Что касается сесквитерпеновых углеводородов, β-кариофиллен (5) из черного перца и хамазулен (6) из немецкой ромашки (Chamomilla recutita (L.) Rauschert: Asteraceae) [40]. Азулен-сесквитерпены, такие как хамазулен (6) или гваязулен из Callitris intratropica R.T.Baker and H.G.Sm (Cupressaceae), при наличии в достаточных концентрациях ответственны за синий цвет своих соответствующих эфирных масел [40,74].

Известны монотерпенолы, такие как линалоол (7) из лаванды (Lavandula angustifolia Mill: Lamiaceae), ментол (8) из перечной мяты (Mentha piperita L .: Lamiaceae) или α-терпинеол (9) из чайного дерева (Melaleuca alternifolia Cheel: Myrtaceae) применяются для легкого обезболивающего эффекта при местном применении [40]. Кроме того, линалоол (7) также может вызывать седативный эффект [75]. Строго в контексте эфирных масел монотерпеновые спирты обычно обладают сильным ингибирующим действием против бактериальных патогенов [2]. В контексте фальсификации эфирных масел R-энантиомер линалоола (7) преобладает в масле бергамота, поэтому о его фальсификации свидетельствует присутствие S-энантиомера. Обратное верно для кориандрового масла, которое имеет избыток S-энантиомера [26].


Хорошо известными сесквитерпенолами являются α-бисаболол (10), опять же из немецкой ромашки, α-эвдесмол (11) из можжевельника виргинского (Juniperus virginiana L .: Cupressaceae) или β-санталол (12) из ​​индийского сандалового дерева (Santalum album L .: Santalaceae) . Сесквитерпенол α-бисаболол и сесквитерпен хамазулен (6) связаны с противовоспалительной активностью, особенно α-бисаболол [40]. (-) - энантиомер α-бисаболола является отличительной чертой ромашкового масла (Chamomilla recutita (L.) Rauschert: Asteraceae) [26].

Блокирование нейрональных Са2 + -каналов α-эудесмолом in vitro (11) было связано с потенциальными психоактивными эффектами [76]. Это может иметь значение в отношении неофициальных отчетов об эфирном масле можжевельника виргинского, связанном с улучшением памяти и творческих способностей [77]. Психоактивные и физиологические эффекты, согласующиеся с седативным действием, наблюдались при трансдермальном всасывании индийского сандалового дерева (S. album L.) с активностью, приписываемой α-санталолу [78]. (-) - энантиомер β-санталола (12) является характерным соединением для масла сандалового дерева (S. album L.). Масло сандалового дерева также связано с потенциальным ингибированием вируса простого герпеса [40].


Другие хорошо известные примеры химических групп, описанных Franchomme и Penoel (Таблица 2), включают фенолкарвакрол (13) из орегано (Origanum vulgare L .: Lamiaceae), который потенциально может быть вовлечен в повреждение печени, наряду с множеством других фенолов и, более конкретно, фенилпропаноиды, такие как вышеупомянутый карвакрол (13) и потенциально гепатотоксичный сафрол (14) и метилэвгенол (15), которые, как известно, доступны с высокими выходами из различных видов Australian Zieria (Rutaceae) [79] и необычный и редкий хемотип Eremophila longifolia F.Muell (Scrophulariaceae) [22,62], как упоминалось ранее.


Примером хорошо известного компонента из класса альдегидов является цитронеллаль (16) из Eucalyptus citriodora Hook (Myrtaceae), который используется в качестве репеллента от насекомых с противомоскитной активностью [80]. (-) - энантиомер цитронеллаля получают в энантиочистой форме из масла мелиссы (Melissa officinalis L.), что делает его полезным для установления подлинности [26].

Камфора (17) - самый известный пример кетона, который является основным компонентом эфирных масел испанского хемотипа (CT1) розмарина. Хотя к использованию камфары (17) относятся с подозрением, после того, как исследования продемонстрировали потенциальную судорожную активность и повреждение печени / центральной нервной системы, хемотип розмарина, богатый камфарой (17) и α-пиненом (2), продолжает использоваться в качестве линимента. при мышечных болях [40]. Камфора (17) представляет собой кетон спирта борнеола (18), который в большом количестве встречается в конкретном хемотипе эфирного масла австралийского вида E. longifolia, который продемонстрировал умеренную антимикробную активность [62].

Поскольку кислоты более растворимы в воде, они не часто становятся частью эфирного масла. Примером этого является группа босвеллиевых кислот различных видов ладана (Boswellia spp.). Небольшие количества босвеллиевых кислот присутствуют в эфирных маслах, но большинство растворяется в гидрозоле. Таким образом, масла ладана, полученные с использованием сверхкритической экстракции CO2, имеют гораздо более высокие концентрации босвеллиевых кислот [40].


Кислоты и спирты обычно являются предшественниками сложных эфиров, а когда сложные эфиры образуют замкнутые кольца, они становятся лактонами [17]. Обычно, когда спирты этерифицируются уксусной кислотой или другой молекулой с большей массой, полученные сложные эфиры называют в соответствии с исходным спиртом, таким образом, линалоол (7) становится линалилацетатом (19), борнеол (18) становится борнилацетатом (20) и фенхол (21) превращается в фенхилацетат (22). Кетон фенхола - фенхон (23).

Линалилацетат (19) - еще один из основных компонентов масла лаванды и, кроме того, важный компонент эфирного масла шалфея мускатного (Salvia sclarea L .: Lamiaceae). Линалилацетат был связан с ранее упомянутой анальгезией вместе с линалоолом (7) в масле лаванды [40]. Масло, богатое фенхил- (22) и борнилацетатом (20), получено из масла австралийского вида Eremophila bignoniiflora F.Muell (Scrophulariaceae), и эти компоненты, вероятно, ответственны за продемонстрированную умеренную или высокую активность против дрожжей Candida albicans и бактерии Staphylococcus epidermidis [81]. Кроме того, E. bignoniiflora использовалась в традиционных медицинских целях австралийскими аборигенами для лечения головных болей с помощью летучих газов и экстрактов листьев в качестве слабительного. Schnaubelt [37] перечисляет эфирные масла, богатые сложными эфирами, как обладающие спазмолитическим действием, а также эффективные при лечении заболеваний центральной нервной системы и стресса. Таким образом, эфирные масла из E. bignoniiflora, богатые сложными эфирами, могли быть широко использованы в традиционных медицинских целях.

Другой хорошо известный эфир, составляющий примерно 98–99% всего эфирного масла грушанки (Gaultheria procumbens L: Ericaceae), - это метилсалицилат (24), который, как считается, обладает обезболивающим, противовоспалительным и противораздражающим действием, сравнимым с аспирином. Метилсалицилат часто используется в качестве положительного контроля в различных фармакологических тестах на анальгезию и противовоспалительную активность [82,83].


В эфирных маслах чрезвычайно редко эфир встречается в какой-либо другой форме, кроме как в виде метоксигруппы или замкнутого в кольцевую структуру (циклический эфир). Что касается метоксигрупп (метиловых эфиров) в эфирных маслах, они обычно встречаются в виде фениловых эфиров, таких как фенилпропаноиды эвгенол (25), известные из масла почек гвоздики (Syzygium aromaticum L: Myrtaceae) в концентрациях до 75%, и метилхавикол (эстрагол) (26) из базиликового масла с острова Коморо (Ocimum basilicum L: Lamiaceae) составляет примерно 85% от общего количества. В целом такие эфиры обычно связаны с психотропными эффектами, которые могут привести к смерти, если принимать их в высоких дозах. Наиболее известными примерами из них являются фенилпропаноиды, миристицин (27) и элемицин (28), высококонцентрированные в эфирном масле, полученном из семян мускатного ореха (Myristica Fragrans Houtt: Myristaceae) [40,84,85].


Когда простые эфиры встречаются в замкнутых циклических структурах, они называются оксидами. Возможно, наиболее известным из них является 1,8-цинеол (29), также известный как эвкалиптол. В австралийской флоре виды Eucalyptus - не единственные, демонстрирующие высокий выход этого соединения, поскольку 1,8-цинеол (29) также содержится в высоких концентрациях в эфирном масле многих других эндемичных родов, включая Prostanthera spp. (Lamiaceae) вместе с множеством других сесквитерпенолов. Такие виды, как P. ovalifolia R.Br., P. rotundifolia R.Br., P. caerulea R.Br., P. lasianthos Labill., P. cineolifera R.T.Baker, H.G.Sm и P. incisa R.Br. имеют высокие концентрации 1,8-цинеола (29) в эфирных маслах [45,86,87,88,89]. Поскольку 1,8-цинеол (29) оказывает отхаркивающее действие, неудивительно, что большое количество растений, богатых этим соединением, использовались этномедицинскими средствами для снятия отеков у больных кашлем и простудой.


Лактоны входят в состав многих эфирных масел [21]. Лактоны образуются в результате реакции внутримолекулярной этерификации, когда алифатический спирт соединяется с кислотой и замыкается в соответствующий циклический сложный эфир [40]. Лактоны названы в честь молочной кислоты (C3H6O3) и являются производными от нее. Обычно они встречаются в пяти- или шестичленных гетероциклических кольцах в насыщенных или ненасыщенных формах, связанных с карбонильной группой. Лактоны, входящие в состав пятичленных колец, называются γ-лактонами; те, которые встречаются в шестичленном кольце, они называются δ-лактонами [21], а те, что встречаются в четырехчленном кольце, как β-лактоны [21].

Входящие в состав гамма-лактоны, некоторые с ароматом персика, содержатся в пажитнике, кофе и саке; представители δ-лактонов содержатся в сыре, фруктах и ​​молочных продуктах, обычно со сливочно-кокосовым или персиковым запахом. Лактоны с более крупными углеродными кольцами содержатся в эфирных маслах семян амбретты или корня дягиля. Дягиль также содержит фталиды, которые представляют собой лактон 2-гидроксиметилбензойной кислоты. Фталиды ограничиваются семейством Apiaceae, как правило, сельдереем, любистоком и дягилем [21].

Лактоны также продемонстрировали возможные отхаркивающие эффекты, но пока не ясно, следует ли противопоказать их местное применение, поскольку некоторые исследования выявили возможность возникновения сенсибилизации кожи. Несмотря на это, лактоны также продемонстрировали высокую активность in vitro, совместимую с противовоспалительным действием, что означает, что эфирные масла, богатые лактоном, могут быть подходящим образом использованы для местного применения для лечения воспалений [40]. В этом контексте, учитывая широко распространенную хроническую природу воспалительного заболевания желудка, возможно, стоит изучить потенциал лактонов для лечения воспаления кишечника или пищеварительного тракта.


Когда ароматический лактон находится рядом с бензоидным фрагментом, он становится кумарином. В своей простейшей структурной форме он просто называется кумарином (30), который является основным пахучим соединением, ответственным за аромат свежескошенного сена [90]. Возможно, наиболее известным кумарином является фуранокумарин бергаптен (31), содержащийся в масле бергамота (Citrus bergamia Risso: Rutaceae), а также в австралийских видах, таких как Philotheca trachyphylla (F.Muell) Paul G. Wilson (Rutaceae) (ранее Eriostemon) [91]. Бергаптен (31) обладает УФ-сенсибилизирующим эффектом, связываясь с меланином в коже при местном применении на солнце [40]. Это усиливает действие солнечных лучей. Интересно, что масло, богатое бергаптеном (31), скорее всего, является следствием метода извлечения, то есть механической обработки. Эфирные масла бергамота, полученные путем гидродистилляции, в отличие от масел холодного отжима, вряд ли содержат значительные количества бергаптена (31). Это связано с тем, что эти типы кумаринов нелегко испарить при относительно более низких температурах, используемых при гидродистилляции, поэтому они обычно присутствуют только в следовых количествах, если только масло не отжимается или не производится методом экстракции растворителем, приводящим к абсолютному значению.

Кумарины также потенциально связаны с антикоагулянтной активностью, но это еще не полностью исследовано. Хорошо известно, что двойной кумарин «дикумарол» (32) связан с возникновением внутреннего кровотечения, когда травоядные животные потребляют большое количество желтого донника (Melilotus officinalis Lam: Fabaceae). Если другие кумарины могут быть связаны с антикоагулянтной активностью, этот эффект можно использовать при лечении сердечно-сосудистых заболеваний [40]. Насколько нам известно, дикумарол (32) не обнаружен в эфирном масле. Однако в одном из таких исследований биологически активные кумарины изопсорален (33), ксантилетин (34) и остол (35) были обнаружены в следовых количествах в гидрозоле и эфирном масле после гидродистилляции листьев Geijera parviflora Lindl. (Rutaceae) [38]. Такие кумарины могут быть причастны к традиционному терапевтическому использованию этих растений, когда австралийские аборигены воскуривали эти растения.


Известно, что широкий выбор фурано- и пиранокумаринов оказывает биоактивное действие in vitro и должен лечь в основу дальнейших фармакологических исследований австралийских растений, используемых в медицине аборигенами. Фуранокумарин, гейпарварин и метоксикумарин дегидрогейерин (36) потенциально ответственны за различия во вкусовых качествах листьев G. parviflora у овец [92]. Химически подобный остол (35) уже был продемонстрирован в эфирных маслах G. parviflora [38], что делает вероятным, что дегидрогейерин (36) также может присутствовать в эфирных маслах. Однако, хотя гейпарварин не может присутствовать в гидродистиллированном эфирном масле, этот кумарин, несомненно, в большом количестве присутствует в экстракте, полученном с помощью гексана, или в конкрете.

Новые, а также известные кумарины были идентифицированы у P. trachyphylla (в этом исследовании - Eriostemon) [91]. Множество других известно из австралийских растений, но пока неизвестно, наблюдались ли какие-либо из них в гидродистиллированном эфирном масле, однако они, безусловно, в большом количестве присутствуют в ароматических препаратах в виде абсолюта.


Поскольку G. parviflora использовалась аборигенами Австралии в различных лечебных, церемониальных и развлекательных мероприятиях, необходимо исследовать участие кумаринов в этих видах деятельности. Например, десметильный конгенер гейпарварина уже продемонстрировал in vitro эффекты, согласующиеся с психоактивным седативным действием [93]. Из-за относительно большого размера этой молекулы неясно, может ли этот эффект быть связан с психоактивностью, достигаемой при традиционном курении [90].

Что касается использования кумаринов в медицине, как и в случае с другими соединениями, относительная и абсолютная стереохимия сильно влияет на субъективные и фармакологические эффекты [94], что, очевидно, делает синтез более дорогостоящим. Следствием этого является токсичный цис-анетол (37) диастереомер, который не образуется в природе, а скорее является следствием синтетического производства лекарственного соединения транс-анетола (37), которое получают в стереочистых формах из анисового масла (Pimpinella anisum L .: Apiaceae) или масла семян фенхеля (Foeniculum vulgare Mill: Apiaceae) [90]. Влияние стереохимии и хиральности на фармакокинетику и фармакодинамику лекарств теперь полностью оценено [95], и исследователи начинают серьезно исследовать эффекты в натуральных продуктах и ​​синтетической медицине.


Продолжение, часть 3.


Оригинал статьи:

A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture

https://www.mdpi.com/2077-0472/5/1/48/htm


Sadgrove, Nicholas, and Graham Jones. 2015. “A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture.” Agriculture 5 (1):48–102. https://doi.org/10.3390/agriculture5010048.

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии 3

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии. Обзорная статья, часть 3.

Авторы: Nicholas Sadgrove и Graham Jones

Agriculture 20155(1), 48-102; https://doi.org/10.3390/agriculture5010048


Предыдущая часть.

3. Подробнее об эфирных маслах в австралийском контексте

3.1. История использования эфирных масел в Австралии


Первое эвкалиптовое масло, вошедшее в британскую фармакопею под названием Oleum Eucalypti, было широко известной сегодня формой, богатой цинеолом [96]. Наиболее распространенными видами эвкалипта (Myrtaceae), используемыми для производства хорошо известного эфирного масла, богатого 1,8-цинеолом (29), являются, среди прочего, “blue mallee” (Eucalyptus polybractea R.T.Baker), the “broad leaf peppermint” (Eucalyptus dives Schauer var C), Eucalyptus leucoxylon F.Muell, Eucalyptus sideroxylon A.Cunn, Eucalyptus oleosa F.Muell, Eucalyptus radiata Sieber var australiana и другие [90]. В настоящее время большая часть мирового производства эвкалиптового масла из эвкалиптов осуществляется в Португалии и Испании, которые продвигают Eucalyptus globulus Labill. как предпочтительный сорт; тем не менее, с точки зрения валового производства Китай лидирует с маслом "китайского эвкалипта", побочным продуктом производства камфоры (17) из Cinnamomum camphora L. (Lauraceae).

Другая форма эвкалиптового масла, богатая кетоном пиперитоном (38), производится в Австралии на коммерческих плантациях другого вида Eucalyptus dives. По объемам основной поставщик этого масла базируется в Свазиленде в Южной Африке. Это масло, богатое пиперитоном (38), также может быть получено из Eucalyptus piperita Sm (Myrtaceae), которое было впервые дистиллировано хирургом Первого флота Denis Considen в 1788 году. (Lamiaceae), отсюда и ботаническое название [97,98]. Хотя субъективное сравнение верно, в эфирных маслах Mentha piperita преобладают ментол (8), ментон (39) и пулегон (40) [99], но они не содержат пиперитона (38).


Этот отчет отражает естественную тенденцию ранних австралийских колонизаторов сосредоточиться на видах, которые в некоторой степени напоминали те, которые уже описаны в британской или европейской фармакопее. Это можно рассматривать как препятствие с точки зрения доступа к богатым существующим традициям медицины аборигенов Австралии. При этом существует множество примеров колониальных лекарств, взятых из среды Австралии, которые на самом деле не использовались аборигенами. Во многих таких случаях аборигены знали о лекарствах, которые более эффективно боролись с соответствующими недугами, чем те, которые были выбраны ранними колониальными поселенцами.


Масло с высоким содержанием пиперитона (38), полученное Considen из Eucalyptus piperita, по-видимому, представляет собой первую зарегистрированную перегонку эфирного масла из австралийских видов эвкалипта. Полученный продукт был одним из первых полезных товаров, экспортируемых колонией в Британию. Хотя на протяжении более 100 лет ошибочно считалось, что это заслуга «Главного хирурга колонии» Джона Уайта, позже Maiden пояснил, что это было неправильно, когда он изучил письмо, адресованное сэру Джозефу Бэнксу. Рассмотрим, кто прислал ему образец масла для использования в лечебных целях [90].


Что касается масел, богатых цинеолом, из видов эвкалипта, помимо лечебных применений, обеспечивающих снятие заложенности при кашле и простуде, есть традиционные сообщения об использовании "тасманийской голубой смолы" (Eucalyptus globulus) в качестве репеллента от комаров. Соответственно, ему дали разговорное название «дерево лихорадки» или «дерево профилактики лихорадки», поскольку листья развешивали в домах и вокруг них, чтобы предотвратить возникновение малярии и других болезней, переносимых комарами. Интересно, что отсутствие малярии в Новой Каледонии в то время объяснялось высокой распространенностью хемотипа Melaleuca quinquenervia (Myrtaceae), богатого цинеолом [90]. Более того, Prostanthera cineolifera (Lamiaceae), названная так из-за более высокого выхода 1,8-цинеола (29), также использовалась в качестве репеллента от насекомых ранними колонизаторами [86]. Кстати, Maiden [96] сообщил, что эвкалиптовое масло может быть полезным для лечения малярийных симптомов, хотя и менее эффективно, чем хинин, но, тем не менее, способно принести облегчение. Однако именно репеллентная активность 1,8-цинеола (29) легла в основу его использования в домах и вокруг них.


Некоторые из наиболее известных эфирных масел Австралии были перечислены Мэйденом еще в 1889 году. В их число входили такие виды, как Eucalyptus globulus, Eucalyptus citriodora, Backhousia citriodora (Myrtaceae) и Melaleuca alternifolia (Melaleuca linarifolia: Myrtaceae). Из текста очевидно, что Мэйден [96] отдавал предпочтение ряду видов, которые по ряду причин не достигли значительной коммерческой ценности. Например, потенциально гепатотоксичное эфирное масло из Zieria smithii (Rutaceae) внесено в список из-за его усиливающей вкус активности, хотя недавно было продемонстрировано, что в его эфирном масле присутствуют потенциально канцерогенные фенилпропаноиды, сафрол (14) и метилэвгенол (15). [79]. Виды эвкалипта составляли большую часть внимания Мэйдена, но видам Melaleuca также уделялось должное внимание.


Хотя хорошо известная Melaleuca alternifolia (Melaleuca linarifolia) упоминается Мейденом лишь вкратце [96], Melaleuca leucadendra (Melaleuca  leucadendron), вероятно, лучше всего описана им. Из-за сходства этого эфирного масла с маслом малайского каепута (Melaleuca cajuputi: Myrtaceae) дереву было дано народное название «дерево каепут». Описание Мэйденом предпочтительного метода подготовки листьев к гидродистилляции несколько напоминает современную технику увядания листьев после сбора урожая, которая используется в настоящее время для коммерческого производства TTO (tea tree oil) из Melaleuca alternifolia. Перед гидродистилляцией этот метод включал сбор листьев, хранение в мешке и увядание в течение примерно одного дня перед мацерацией листьев и замачиванием в воде для ферментации на следующий день [96].

Maiden рекомендовал этот метод для экстракции эфирных масел из любого вида Melaleuca. Последняя часть этого метода, включающая ферментацию мацерированных листьев в воде, сегодня обычно не используется, но, возможно, стоит изучить возможность того, что она может улучшить выход эфирных масел, облегчая гидролиз гликозидно связанных эфирных масел. Предварительная подготовка листьев для ферментации все еще широко используются для производства эфирных масел из M. cajuputi в Азии и Индии.


К 1980-м годам только два австралийских эфирных масла добились значительного успеха на международном рынке. Это были богатые цинеолом эфирные масла эвкалипта и чайного дерева. Что касается выхода на международный рынок, Крибб и Крибб [96] предполагают, что ограничивающими факторами являются отсутствие плантаций коммерческого масштаба и отсутствие неофициальных ссылок, описывающих традиционные способы использования масла. Современные фармакологические исследования, основанные на традиционном медицинском использовании растений австралийскими аборигенами, также способствуют возникновению этой рыночной ниши. В значительной степени исследование, которое следует в этой диссертации, является попыткой сделать именно это. Сказав это, в первую очередь наличие жизнеспособных плантаций является ограничивающим фактором. В настоящее время меры по привлечению общин аборигенов к выращиванию и сбору урожая подходящих сортов будут направлены на устранение обоих этих факторов, а также на обеспечение источника столь необходимой занятости.


Наглядный урок, подтверждающий вышеприведенную гипотезу, дает история индустрии австралийского сандалового дерева (Santalum spicatum R.Br: Santalaceae). Эфирное масло с преобладанием сесквитерпенолов известно своей лечебной активностью, что впервые продемонстрировали аборигены Австралии, которые использовали смеси от кашля и простуды или в качестве мази (из орехов) для массажа мышц [90]. Дым восточно-австралийских видов сандалового дерева (Santalum lanceolatum R.Br: Santalaceae) использовался для отпугивания комаров в Новом Южном Уэльсе [98] или для ароматерапии младенцев в Северной территории [100]. Последующие фармакологические испытания показали хорошую антимикробную активность против таких видов микробов, как Candida albicans или Staphylococcus aureus [101].


Поскольку дистилляция Santalum spicatum требовала уничтожения сердцевины дерева, производство эфирных масел оказало негативное влияние на дикие популяции. Из-за того, что дерево привыкло расти как паразит на других деревьях, отрастание было очень медленным, поэтому устойчивость отрасли оказалась под угрозой исчезновения диких популяций [90]. Таким образом, ограничивающим фактором было прежде всего отсутствие жизнеспособных насаждений. Недавно отрасль начала восстанавливаться с появлением таких инициатив, как Australian Sandalwood Network или WA Sandalwood Plantations, так что продукт снова стал доступным для потребителей.


Еще одним сценарием, демонстрирующим, как отсутствие плантаций является ограничивающим фактором в создании коммерческой ниши, является недавнее появление на рынке эфирных масел Callitris intratropica Benth. (Cupressaceae). Одно время C. intratropica была ботанически классифицирована как C. columellaris F.Muell вместе с C. glaucophylla Joy Thomps. & L.A.S.Johnson [102]. Поскольку эти виды были известны под одним названием, многие этноботанические записи, описывающие традиционное медицинское использование австралийскими аборигенами C. columellaris, включали упоминания о C. intratropica. Медицинское применение включало местное применение с использованием экстрактов гидрофильных или животных жиров, а также лечение дымом различных заболеваний [90]. Barr [100] дает более четкие сведения о традиционном медицинском применении, особенно C. intratropica, которое, помимо местного применения для эффектов, соответствующих противомикробной активности, также включало использование отвара внутренней коры и местное применение для облегчения болей в животе и судороги, возможно достигаемые за счет трансдермального всасывания соответствующих лекарственных средств.


Колониальные поселенцы начала 19-го века также знали о медицинском использовании видов Callitris, и хвою обрабатывались паром и вдыхались от озноба и боли. Maiden заявил, что;

«Нет ничего более восхитительного, когда подходишь зимним вечером к поселку, где кипарисовая сосна используется в качестве топлива. Его восхитительный аромат разносится по воздуху на многие мили и часто является первым знаком того, что усталый путешественник чувствует, что он приближается к человеческому жилищу и что его долгое путешествие подходит к концу».[103]


После того, как было обнаружено, что дома, построенные из древесины Callitris, противостояли заражению термитами в течение нескольких десятилетий, была предпринята попытка развития лесной промышленности для международного экспорта [96]. Планом было создание плантации C. endlicheri F.M.Bailey (Cupressaceae). К большому разочарованию Maiden, это оказалось экономически нецелесообразным из-за высоких затрат, связанных с транспортировкой древесины с предполагаемых плантаций в Новом Южном Уэльсе на Северную территорию, откуда корабли будут доставляться дальше в Юго-Восточную Азию и за ее пределы.


Только в 1960-х годах, спустя много времени после смерти Maiden, на Северной территории была создана лесная плантация C. intratropica. После катастрофического возникновения циклона Трейси в Дарвине в 1974 году было замечено, что сооружения, построенные из древесины Callitris, не были такими устойчивыми. Поэтому древесина не считалась достаточно прочной для использования в инфраструктуре, и плантации были заброшены. В 1995 году было впервые обнаружено голубое эфирное масло из древесины C. intratropica, и быстро была создана индустрия эфирных масел, подтвержденная фармакологическими исследованиями, демонстрирующими антибактериальную и возможную противовоспалительную активность и поставляемыми с существующих плантаций [104].


Что касается новаторских усилий более ранних австралийцев по изучению эфирных масел в Австралии, еще одно из имен, часто упоминаемых в литературе, - это Arthur de Ramon Penfold (1890–1980), фитохимик, проявляющий особый интерес к эфирным маслам Австралии [105,106]. Пенфолд обрел международную репутацию за свою работу в области химии, когда он начал характеризовать необычные компоненты эфирных масел, уникальные для австралийской флоры. Пенфолд также выяснил структуру пиперитона (38) и продемонстрировал, как из него могут быть синтезированы ментол (8) и тимол [105,106]. Пенфолд внес значительный вклад в шеститомную работу Эрнеста Гюнтера «Эфирные масла» [107].


В 1915 году Пенфолд стал химиком-исследователем и помощником начальника отдела перегонки эвкалиптового масла в компании Gillard Gordon Ltd. [105,106]. Многие виды эвкалипта были частью европейской фармакопеи более 100 лет. В относительном выражении эфирное масло Melaleuca alternifolia Cheel. только недавно завоевало международную нишу. Именно Пенфолд продемонстрировал значительную антибактериальную активность эфирного масла M. alternifolia в серии статей, опубликованных в 1920-х и 1930-х годах [108]. До этого антимикробная активность M. alternifolia была знакома жителям Бунджалунг из северо-востока Нового Южного Уэльса, которые не использовали эфирные масла как таковые в лечебных целях, а скорее вдыхали их.


Сегодня эфирное масло M. alternifolia официально известно как масло чайного дерева (TTO); однако большое количество видов Melaleucas и Leptospermum также называют чайными деревьями, что может сбивать с толку. Название Чайное дерево на самом деле происходит из дубильных веществ, которые могут вызывать коричневатый цвет в озерах и водотоках; отсюда и название озера Чайного дерева на северном побережье Нового Южного Уэльса [56].


После того, как Пенфолд провозгласил антимикробные свойства TTO, его первое значительное документально подтвержденное использование было в середине 1920-х годов, когда масло чайного дерева начали применять в качестве антисептика в хирургии и стоматологии. После этого, во время Второй мировой войны, его использовали в качестве дезинфицирующего средства на военных заводах, чтобы ограничить заражение рабочих после травм кожи. Кроме того, солдатам Второй мировой войны также выдавали ТТО при оказании первой помощи детям. После появления антибиотиков о TTO в конечном итоге забыли, и к 1960-м годам масло стало редким товаром. В 1976 году Эрик Уайт, убежденный в возрождении интереса к TTO в современном обществе, основал плантацию недалеко от Кораки на севере Нового Южного Уэльса. Сегодня TTO используется в производстве мыла, шампуней и дезинфицирующих средств. Масло поступает с промышленных плантаций в Новом Южном Уэльсе, Квинсленде и Западной Австралии [108].


Еще одно эфирное масло, заслуживающее упоминания в связи с его долгой историей в Австралии, происходит из западно-австралийского вида Boronia megastigma Bartl. (Rutaceae) [98]. Хотя оно более известно коммерчески своими ароматными цветами, производство эфирных масел было начато в начале 1900-х годов и пришло в упадок, поскольку в то время его собирали в дикой природе и сталкивались с проблемами, аналогичными отраслям, сосредоточенным на S. spicatum. За последние 20 лет на Тасмании были созданы плантации, которые имели переменный успех, но сейчас эфирные масла B. megastigma, богатые β-иононом и додецилацетатом, а также их абсолюты, полученные из цветов и используемые для придания вкуса пищевым продуктам, выпускается под названием «Коричневая борония» [109].


3.2. Современная индустрия эфирных масел

В связи с недавним всплеском интереса к здоровому образу жизни, дополнительным методам лечения и сектору несинтетических товаров для здоровья в сочетании с обеспокоенностью, вызванной растущей устойчивостью патогенов к обычным антибиотикам, рынок эфирных масел, кремов и лосьонов с подходящей рецептурой начал активно расти. Хотя из австралийских растений было выделено значительное количество соединений антибиотиков, больше внимания уделялось эфирным маслам [56].


Сегодня эфирные масла получают либо с плантаций, либо в дикой природе, собираемых из популяций, которые выросли до явно неестественной плотности из-за изменения режима пожаров. Хорошим примером этого может быть Eremophila mitchellii Benth. (Scrophulariaceae). В начале 20 века, когда популяции S. spicatum (Santalaceae) начали сокращаться из-за чрезмерной вырубки, ароматные эфирные масла, богатые эремофиланом, из сердцевины E. mitchellii были временно использованы в качестве альтернативы, но субъективные и химические различия между этими эфирными маслами препятствовали тому, чтобы это изменение вступило в силу [56].


Хотя некоторые народные названия включают “Buddah Wood”, “False Sandalwood” и “Native Sandalwood”, другое название “Bastard Sandalwood”  возможно, является наиболее известным из предыдущих попыток использовать его в качестве альтернативы S. spicatum. Индустрия эфирных масел E. mitchellii сегодня обязана своей жизнеспособностью из-за чрезмерного роста популяций в южно-австралийских хребтах Флиндерс. Хотя древесина и эфирное масло известны своей противотермитной активностью [110], эфирное масло продается как ароматерапевтическое дополнение к медитации [56].


Еще одно растение, известное своей устойчивой к термитам древесиной, - это уроженец Тасмании Kunzea ambigua Sm. (Миртовые). Подобно обнаружению устойчивости к термитам у E. mitchellii, тасманские фермеры заметили, что столбы ограды, произведенные из K. ambigua, остались нетронутыми, в то время как другие - нет. Наиболее известен тот факт, что в 1993 году Джон Худ произвел эфирное масло из этого растения, когда заметил, что его северный пограничный забор, построенный из дерева K. ambigua, остался нетронутым спустя 35 лет. Интересно, что народное название «Клещевой куст» происходит из наблюдений ранних колонизаторов над предпочтением, которое дикие животные отдавали сну под кустом, что в конечном итоге продемонстрировало защитные преимущества от заражения клещами [56].


Эфирные масла, полученные из листьев K. ambigua, демонстрируют высокую степень вариации компонентов от преимущественно монотерпеноидных до преимущественно сесквитерпеноидных композиций, характеризующихся такими компонентами, как α-пинен (2), 1,8-цинеол (29), спатуленол, бициклогермакрен, глобулол ( 52), ледол (53) и виридифлорол [111]. Некоторые из этих масел необычны из-за более высокого содержания сесквитерпенов. Что касается биологической активности, масло известно анекдотически своей противовоспалительной активностью, что привело к его использованию для местного применения для лечения укусов насекомых, зуда и раздражения [56].


Как и E. mitchellii, коммерческие количества масла Kunzea, известного как Ducane Kunzea, также производятся из дикого урожая. Однако, в отличие от ранее упомянутых S. spicatum и E. mitchellii, эфирные масла производятся из листьев, а не из сердцевины. С экологической точки зрения дикие популяции на протяжении тысячелетий поедались дикими животными, поэтому сбор листьев - явление не новое и, следовательно, устойчивое. Таким образом, ожидается, что коммерческий рост индустрии Kunzea будет ограничиваться не снижением плотности видов или угрозой плотности диких популяций, а скорее скоростью омоложения листьев [56].


Помимо ранее упомянутых Eucalyptus spp., а также E. mitchellii, S. spicatum и M. alternifolia, к другим примерам плантаций эфирных масел в промышленных масштабах, производимых сегодня в полном объеме, относятся: анисовый мирт (Syzygium anisatum Craven and Biffin: Myrtaceae), фрагония (Agonis Fragrans JRWheeler and NGMarchant: Myrtaceae), лимонный мирт (Backhousia citriodora F.Muell: Myrtaceae), лимонное чайное дерево (Leptospermum petersonii F.M.Bailey: Myrtaceae), мирт медовый (Bracelet Honey Myrtle(Melaleuca armillaris Sm. Myrtaceae) [112,113], неролина (Melaleuca quinquenervia STBlake CT Nerolina: Myrtaceae), найоли (M. quinquenervia STBlake CT Niaouli: Myrtaceae) и розалина или лавандовое чайное дерево (Melaleuca ericifolia Sm: Myrtaceae[111]. Это последнее эфирное масло, розалина, производится как из дикорастущих растений, так и из коммерческих плантаций [56].


3.3. Последние инновации в индустрии австралийских эфирных масел

Как упоминалось ранее, возможно, наиболее важным фактором для создания жизнеспособных производств, ориентированных на избранные эфирные масла и натуральные продукты, является создание коммерческих плантаций. В качестве необходимой прелюдии важно провести исследования химических свойств и фармакологические мероприятия, чтобы дополнить этноботанические записи о традиционном использовании австралийскими аборигенами. Хемогеографические исследования демонстрируют вариацию встречающихся в природе хемотипов, и в сочетании с соответствующими фармакологическими действиями они помогают в идентификации и продвижении важных хемотипов сортов. Ботанические и хемотаксономические исследования также важны в отношении определения хемотипов этих сортов.


Что касается недавних исследований, посвященных этнофармакологическим исследованиям австралийских растений, с 1960-х годов было выявлено значительное количество новых химических структур. Значительная часть этих новых структур была извлечена из видов Eremophila и Myoporum (Scrophylariaceae). Что касается эфирных масел, то в течение нескольких десятилетий все дикие образцы Eremophila longifolia ошибочно рассматривались в контексте гидродистилляции эфирного масла из редкого хемотипа, встречающегося на северо-западе Западной Австралии [22], который давал эфирное масло с выходом 5,5% из влажных листьев почти полностью состоящее из потенциально гепатотоксичных фенилпропаноидов сафрола (14) и метилэвгенола (15). Это послужило препятствием для медицинских исследований других эфирных масел E. longifolia.


В сочетании с сообщениями о другом хемотипе на Северной территории, идентифицированном Барром [100], с монотерпеноидным характером, преимущественно состоящим из α-пинена (2) и лимонена (3), удивительно, что инициативы по внедрению товарной культуры E. longifolia для производства эфирных масел, все еще в определенной степени скомпрометированы утверждениями о том, что этот вид в целом дает потенциально вредное эфирное масло сафрол (14) / метилэвгенол (15). Конечно, как упоминалось ранее, растения, производящие это масло, имеют относительно ограниченный географический ареал (область Мерчисон, Западная Австралия). Очевидно, что неправильные представления о масле E. longifolia следует обновить.


Через несколько лет после того, как Барр [100] охарактеризовал хемотип лимонен (3) у E. longifolia, Smith et al. [114] идентифицировали три других хемотипа, встречающихся в Новом Южном Уэльсе. Один из этих хемотипов дает особенно высокий выход эфирного масла с преобладанием монотерпенкетонов (изоментон (41) / ментон (39); CT.A / хемотип А), что имеет большие перспективы на коммерческом уровне, учитывая высокий выход масла и локализованное изобилие (Таблица 3). Это масло, обогащенное изоментоном (41) / ментоном (39) (CT.A), подвергается гидродистилляции с выходом эфирного масла из свежих листьев в диапазоне от 3% до 8%. Два других хемотипа, во-первых, включали CT.B, состоящий преимущественно из караханаенона (42), и, во-вторых, CT.C, состоящий преимущественно из монотерпенов, таких как α-пинен (2), лимонен (3), α-терпинолен и значительной части борнеола (18) [114].


Что касается идентификации и разграничения хемотипов эфирных масел Eremophila longifolia, теперь ясно, что первый такой хемотип, идентифицированный в 1971 году Делла и Джеффрис, с эфирным маслом, состоящим преимущественно из потенциально гепатотоксичных канцерогенных фениопропаноидов сафрола (14) и метилэвгенола (15) ограничен небольшим географическим регионом на крайнем западе Австралии, в центрально-западном районе Западной Австралии. Это важно, поскольку, хотя E. longifolia широко распространена на территории Австралии, все еще преобладают представления о том, что этот единственный хемотип отражает составляющие всех особей этого вида. Это просто неправда. Дальнейшее уточнение показывает, что этот хемотип является необычным биотипом с диплоидной цитологией [115].

Всего в Австралии было идентифицировано три диплоидных популяции E. longifolia, две другие географически сгруппированы в западной части Нового Южного Уэльса и производят эфирные масла на основе терпеноидов через мевалонатный путь. Эти богатые кетонами хемотипы, как и в случае с фенилпропаноидным типом, дают значительно высокие выходы эфирных масел, что делает их потенциально пригодными для коммерческой разработки. Первым из этих типов является тип изоментона (41) / ментона (39) (CT.A), описанный выше.


Второй - это недавно обнаруженный высокоурожайный караханаенон (42) типа (CT.B) с выходом в диапазоне 1–5% для диплоидных образцов [115]. Известный ранее тетраплоидный кариотип дает 0,3–0,7% [113]. Оба этих высокоурожайных диплоидных типа являются хорошими кандидатами в качестве культурных сортов для коммерческих плантаций. Если такие плантации будут созданы и развиты, это внесет значительный вклад в промышленность эфирных масел Австралии. Эфирные масла и / или экстракты из высокопродуктивного CT.A изоментона (41) / ментона (39) типа могут быть использованы для изготовления мазей и лосьонов, подходящих для местного, противогрибкового, ароматерапевтического и космецевтического / эстетического применения (Таблица 3). В настоящее время неясно, как можно использовать CT.B, но караханаенон (42) уже пользуется спросом в качестве сырья в индустрии ароматизаторов, а также может быть полезен в качестве химической основы для дальнейшей разработки лекарств.


Помимо пяти хемотипов эфирных масел E. longifolia, описанных выше, были обнаружены еще четыре [115]. Одно из этих новых эфирных масел с преобладающими компонентами борнил- (20) и фенхилацетата (22) похоже по составу на противомикробное эфирное масло, полученное из Eremophila bignoniiflora [81]. Традиционное этномедицинское использование E. bignoniiflora австралийскими аборигенами предполагало применение в соответствии со спазмолитическим действием и терапией головной боли. Поскольку эфирные масла, богатые сложными эфирами, часто обладают спазмолитическим и успокаивающим действием, эфирные масла E. bignoniiflora могли способствовать этому эффекту. То же самое эфирное масло, полученное из нового хемотипа E. longifolia, более урожайного, могло бы продаваться для лечения головных болей, нервного напряжения или желудочно-кишечных расстройств.


Интересно, что еще один из недавно охарактеризованных хемотипов E. longifolia продуцирует эфирное масло, состоящее преимущественно из фенхона (23) и камфары (2-борнанон) (17), которые являются аналогами ранее упомянутых фенхил- (22) и борнилацетата ( 20) соответственно после удаления ацетатных групп [115]. В случае фенхона (23) и камфары (17) кетон находится на месте сложного эфира; однако в случае другого известного хемотипа, в котором преобладают фенхол (21) и борнеол (18), спиртовая функциональная группа находится на месте сложного эфира. Очевидно, что масла, производимые этими тремя хемотипами, имеют очень похожее биосинтетическое происхождение. 


Эфирные масла, в которых преобладают спирты, фенхол (21) и борнеол (18), продемонстрировали высокую антимикробную активность в отношении дрожжей C. albicans, видов бактерий, таких как Staphylococcus aureus, S. epidermidis, и видов патогенных грибов для человека Trichophyton rubrum, T. mentagrophytes и T. interdigitalis [62]. Аналогичную активность продемонстрировали масла фенхила (22) и борнилацетата (20) против C. albicans и S. epidermidis [81]. Эфирное масло, богатое фенхоном (23), еще предстоит протестировать на антимикробную активность.


Другой из новых хемотипов эфирных масел E. longifolia богат α-пиненом (2), сабиненом, лимоненом (3) и α-терпиноленом [115]. Сначала это эфирное масло, похоже, соответствовало более раннему типу, о котором сообщалось от особи E. longifolia, собранной в Алис-Спрингс на Северной территории. Однако необычно высокая концентрация α-терпинолена в первом делает это новое эфирное масло уникальным. На сегодняшний день в последнем из новых хемотипов, идентифицированных Садгроувом и Джонсом [115], преобладает ρ-цимен-8-ол, наряду с множеством других неидентифицированных соединений.


В настоящее время охарактеризовано как минимум девять хемотипов E. longifolia, но предварительные результаты показывают, что другие ждут подтверждения. Все хемотипы эфирных масел, встречающиеся за пределами небольшой области диплоидного типа сафрол (14) / метилэвгенол (15), диплоидного типа изоментон (41) / ментон (39) и диплоидного типа караханаенон (42), демонстрируют тетраплоидную цитологию. Типы караханаенон (42) и изоментон (41) / ментон (39) также существуют в виде тетраплоидных форм, но дают относительно низкие выходы эфирных масел по сравнению с диплоидными разновидностями. Такие тетраплоидные типы появляются как случайно возникающие особи в изолированных участках по всему ареалу E. longifolia, вероятно, возникающие в результате полового размножения и набора рецессивных аллельных признаков, связанных с биосинтезом [115].


Рассматриваемый в контексте предложений по выращиванию промышленных культур видов E. longifolia, контроль качества плантаций тетраплоидных хемотипов может включать устранение хемотипов караханаенона (42) и изоментона (41) / ментона (39), возникающих на плантациях в результате полового размножения. Однако в любом случае не ожидается, что это будет происходить с большой частотой, поскольку этот вид предпочитает размножение корневыми отпрысками.


Что касается появления непреднамеренных хемотипов в популяциях известных хемотипов, можно рассматривать появление типа сафрола (14) / метилэвгенола (15) как потенциальный риск на плантациях промышленного масштаба, особенно с учетом того, что сафрол (14) и метилэвгенол (15) были отмечены как потенциальные гепатотоксичные канцерогены. Наше исследование показывает, что риск этого ничтожно мал. До сих пор не было продемонстрировано, что сафрол (14) / метилэвгенол (15) встречается в тетраплоидной форме. Однако, даже если это действительно произойдет, родительский хемотип будет производить эфирные масла через путь шикимовой кислоты, потому что возникающие хемотипы могут не противоречить биосинтетическому происхождению родительского хемотипа. Однако, если тетраплоидный хемотип обнаружен как с фенилпропаноидными компонентами, такими как сафрол (14) или метилэвгенол (15), так и с терпеноидными компонентами эфирного масла, то этой генеалогии следует старательно избегать при разработке хемотипа сорта.


Что касается роли летучих веществ в лечебной эффективности ритуалов дыма или паровой фумигации, с использованием E. longifolia, могут быть задействованы как частично пиролизованные эфирные масла, так и более гидрофильный компонент «(-) - генифуранал» (43) [12]. Большинство компонентов эфирного масла присутствует в ткани листа перед нагреванием, но вместе с другими производными артефактами в парном дыме, образующемся, когда листья помещаются на раскаленные угли, для использования в медицинских целях, совместимых с антибактериальными или противогрибковыми применениями, а также как лактогенное действие. Процедура курения также использовалась для подготовки хирургических инструментов, без сомнения, для стерилизации, но концептуализированная как тип ритуала изгнания нечистой силы. Эфирные масла и артефакты также сопровождались пиролизованными производными, включая радикальные фрагменты эфирного масла и продукты разложения лигнина, такие как фенольные или бензоидные составляющие; вместе производят значительно усиленную антимикробную активность [10].


...


Продолжение, часть 4.


Оригинал статьи:

A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture

https://www.mdpi.com/2077-0472/5/1/48/htm


Sadgrove, Nicholas, and Graham Jones. 2015. “A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture.” Agriculture 5 (1):48–102. https://doi.org/10.3390/agriculture5010048.

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии 4

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии. Обзорная статья, часть 4.

Авторы: Nicholas Sadgrove и Graham Jones

Agriculture 20155(1), 48-102; https://doi.org/10.3390/agriculture5010048


Предыдущая часть.


4. Выводы: предлагаемые области для дальнейших исследований.


...


Интересным и неожиданным следствием нынешнего обзора является «возрождение» хемотаксономии, которая использовалась в Австралии ботаниками в 70-х и 80-х годах, прежде чем молекулярный дактилоскопический анализ стал возможен и быстро стал популярным. В связи с этим возникает вопрос: «Как вы определяете вид»? Хемотаксономия сталкивается с проблемой разделения на «новые виды» и «новый хемотип одного вида». Чтобы еще больше усложнить вопрос, в некоторых случаях было продемонстрировано, что может быть установлена ​​корреляция между генетикой (кариотипом) и хемотипом, например, с E. longifolia [68]. Это резко контрастирует с классическим представлением о том, что хемотипы являются результатом различий в почве и климате. Согласно прежней «генетической» точке зрения, саженцы одного хемотипа можно было пересаживать в разные типы почвы и в разные климатические условия без каких-либо серьезных изменений химического состава его эфирного масла. В последнем, более классическом взгляде, несомненно, будет разница.


Мнение о том, что хемотип является производным от типа почвы, заимствовано из Европы и Великобритании, где селекция сортов на протяжении тысячелетий вызвала своего рода генетическое единообразие у многих видов, используемых в культивации. Однако, поскольку этот выбор сорта не применялся австралийскими аборигенами, более вероятно, что уникальные типы почв и различные климатические условия благоприятствуют определенным биотипам - это означает, что само растение отличается и лучше подходит для этой среды.


В течение долгого времени географически изолированные хемотипы могут расходиться в новые виды, но, опять же, проблема заключается в том, чтобы точно решить, какое количество дивергенции оправдывает определение границ нового вида. Из-за присущей двусмысленности ответа на такой вопрос, лучшее решение на данный момент состоит в том, что стойкие морфологические различия должны стоять отдельно при определении нового вида, но хемотаксономия и филогенетика могут использоваться для демонстрации того, что такая морфологическая изменчивость не является просто следствием естественной изменчивости внутри одного вида.


Приложение к статье.



Рисунок А1. Химическая структура компонентов эфирных масел, упомянутых в этом исследовании.


Введение в линейные структуры и хиральные концепции, используемые в органической химии


...


При химической идентификации трехмерное пространственное строение или стереохимия соединительных частей молекулы, а также положение двойной связи могут значительно влиять на химическое поведение и фармакологическую активность соединения. Обычно небольшие различия в пространственной конфигурации (не путать с конформацией) приводят к обнаруживаемым различиям в химическом анализе, таком как газовая хроматография (ГХ) или спектроскопия ядерного магнитного резонанса (ЯМР). Однако часто одно изменение пространственной конфигурации одной молекулы может привести к образованию другого соединения, которое является ее точным зеркальным отображением, называемого энантиомером. Когда молекула хиральна, это означает, что у нее есть энантиомер или зеркальное отражение самой себя. На рисунке 2 изображены два энантиомера карвона (1), который представляет собой хиральную молекулу. Хотя кажется, что на рисунке 2 четыре молекулы, на самом деле их всего две, причем каждый энантиомер (S + или R-) изображен как спереди, так и сзади.

Agriculture 05 00048 g009


Рисунок A2. Уроки A – E, демонстрирующие, как интерпретировать представление линейной структуры органической молекулы. (А) разница между структурной формулой и химической формулой; (B) Как передается пространственное распределение (стереохимия); (C) Разница между структурной формулой и линейными структурами, которые используют химическую формулу для метильных групп; (D) одинарные и двойные связи; (E) Структурная формула по сравнению с ее эквивалентной линейной структурной схемой с использованием трехмерного эффекта и химической формулы для метильных групп.


Вкратце, хиральный центр идентифицируется центральным атомом углерода, который связан с четырьмя различными группами (рис. 3А). Часто одна из этих связей связана с атомом водорода, но обычно не показана в линейной структуре. Хотя ρ-цимен (4) не имеет хирального центра, одно из двух гипотетических соединений, изображенных на рисунке 3 (B), имеет. Соединение слева имеет хиральный центр, но его нет, потому что две связи идентичны, а соединение симметрично. Это означает, что, хотя существует трехмерное пространственное строение, оно не создает новую молекулу, потому что оно накладывается на свое зеркальное отображение. Однако соединение справа имеет хиральный центр на том же атоме углерода, но наличие двойной связи в молекуле означает, что оно не имеет плоскости симметрии. Следовательно, соединение слева является хиральным, а другое - нет (ахиральным).


В том маловероятном случае, если у молекулы есть и хиральный центр, и плоскость симметрии, это называется «мезо» соединением, но это может произойти только в том случае, если в одной молекуле находятся два хиральных центра, каждый из которых компенсирует другой, вращая плоскость. поляризованный свет в равных и противоположных направлениях. Однако, в отличие от ахирального соединения, которое вращается на 180° вокруг своей плоскости симметрии, параллельно своему зеркальному отображению, чтобы реализовать свою синонимию, мезосоединения вращаются вокруг своей плоскости симметрии на 180° перпендикулярно своему зеркальному отображению. Обычно мезосоединения не обсуждаются в химии эфирных масел. В мезосоединении два хиральных центра должны иметь противоположные конфигурации (то есть как S, так и R) и плоскость симметрии. Конфигурации S и R показаны на рисунке 3.


Продолжение, часть 5, список литературы.


Оригинал статьи:

A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture

https://www.mdpi.com/2077-0472/5/1/48/htm


Sadgrove, Nicholas, and Graham Jones. 2015. “A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture.” Agriculture 5 (1):48–102. https://doi.org/10.3390/agriculture5010048.

список литературы к статье 5

Современные представления о эфирных маслах: химия, биологическая активность и перспективы для сельского хозяйства Австралии. Обзорная статья


Список литературы:

  1. Asakawa, Y.; Ludwiczuk, A.; Nagashima, F. Chemical Constituents of Bryophytes: Bio- and Chemical Diversity, Biological Activity, and Chemosystematics: 95 (Progress in the Chemistry of Organic Natural Products); Springer: New York, NY, USA, 2012. [Google Scholar]
  2. Schnaubelt, K. Medical Aromatherapy: Healing with Essential Oils, 1st ed.; Frog Books: Berkeley, Canada, 1999. [Google Scholar]
  3. ISO. International Standards Organisation—Home Page. Available online: http://www.iso.org/iso/home.htm (accessed on 12 December 2014).
  4. Fadel, O.; Ghazi, Z.; Mouni, L.; Benchat, N.; Ramdani, M.; Amhamdi, H.; Wathelet, J.P.; Asehraou, A.; Charof, R. Comparison of microwave-assisted hydrodistillation and traditional hydrodistillation methods for the Rosmarinus eriocalyx essential oils from eastern Morocco. J. Mater. Environ. Sci. 2011, 2, 112–117. [Google Scholar]
  5. Asghari, J.; Touli, K.C.; Mazaheritehrani, M. Microwave-assisted hydrodistillation of essential oils from Echinophora platyloba Dc. J. Med. Plants Res. 2012, 6, 4475–4480. [Google Scholar]
  6. Mohamadi, M.; Shamspur, T.; Mostafavi, A. Comparison of microwave-assisted distillation and conventional hydrodistillation in the essential oil extraction of flowers of Rosa damascena Mill. J. Essent. Oil Res. 2013, 25, 55–61. [Google Scholar] [CrossRef]
  7. Stewart, D. Chemistry of Essential Oils Made Simple: Godʼs Love Manifest in Molecules; NAPSAC Reproductions: Marble Hill, MO, USA, 2005. [Google Scholar]
  8. Kostadinovic, S.; Jovanov, D.; Mirhosseini, H. Comparative investigation of cold pressed essential oils from peel of different mandarin varieties. IIOAB J. 2011, 3, 7–14. [Google Scholar]
  9. Markley, K.S.; Nelson, E.K.; Sherman, S.M. Some wax-like constituents from expressed oil from the peel of florida grapefruit, Citrus grandis. Food Research Division and Fertlizer Investigations, Bureau of Chemistry and Soils, United States Department of Agriculture, Washington. J. Biol. Chem. 1937, 118, 433–441. [Google Scholar]
  10. Sadgrove, N.; Jones, G.L. A possible role of partially pyrolysed essential oils in Australian Aboriginal traditional ceremonial and medicinal smoking applications of Eremophila longifolia (R. Br.) F. Muell (Scrophulariaceae). J. Ethnopharmacol. 2013, 147, 638–644. [Google Scholar] [CrossRef]
  11. Braithwaite, M.; Vuuren, V.S.F.; Viljoen, A.M. Validation of smoke inhalation therapy to treat microbial infections. J. Ethnopharmacol. 2008, 119, 501–506. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  12. Sadgrove, N.; Jones, G.L.; Greatrex, B.W. Isolation and characterisation of (−)-genifuranal: The principal antimicrobial component in traditional smoking applications of Eremophila longifolia (Scrophulariaceae) by Australian Aboriginal peoples. J. Ethnopharmacol. 2014, 154, 758–766. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  13. Guenther, E. The Essential Oils—vol 1: History—Origin in Plants—Production—Analysis; Van Nostrand: New York, NY, USA, 1948. [Google Scholar]
  14. Stewart, D. Healing Oils of the Bible; Care Publications: Marble Hill, MO, USA, 2003. [Google Scholar]
  15. Burt, S. Essential oils: Their antibacterial properties and potential applications in foods—A review. Int. J. Food Microbiol. 2004, 94, 223–253. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  16. Bauer, K.; Garbe, D. Common Fragrance and Flavor Materials. Preparation, Properties and Uses; VCH Verlagsgesellschaft: Weinheim, UK, 1985. [Google Scholar]
  17. Sell, C. Chemistry of essential oils. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology, and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  18. Moussaieff, A.; Rimmerman, N.; Bregman, T.; Straiker, A.; Felder, C.C.; Shoham, S.; Kashman, Y.; Huang, S.M.; Lee, H.; Shohami, E.; et al. Incensole acetate, an incense component, elicits psychoactivity by activating TRPV3 channels in the brain. FASEB J. 2008, 22, 3024–3034. [Google Scholar]
  19. Moussaieff, A.; Shein, N.A.A.; Tsenter, J.; Grigoriadis, S.; Simeonidou, C.; Alexandrovich, A.G.; Trembovler, V.; Ben-Neriah, Y.; Schmitz, M.L.; Fiebich, B.L.; et al. Incensole acetate: A novel neuroprotective agent isolated from Boswellia carterii. J. Cereb. Blood Flow Metab. 2008, 28, 1341–1352. [Google Scholar] [CrossRef]
  20. Moussaieff, A.; Shoham, E.; Kashman, Y.; Fride, E.; Schmitz, M.L.; Renner, F.; Fiebich, B.L.; Munoz, E.; Ben-Neriah, Y.; Mechoulam, R. Incensole acetate, a novel anti-inflammatory compound isolated from Boswellia resin, inhibits nuclear factor-κB activation. Mol. Pharm. 2007, 72, 1657–1664. [Google Scholar] [CrossRef]
  21. Başer, K.H.C.; Demirci, F. Chemistry of essential oils. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  22. Della, E.W.; Jefferies, P.R. The chemistry of Eremophila Species. 111. The essential oil of Eremophila longifolia F. Muell. Aust. J. Chem. 1961, 14, 663–664. [Google Scholar]
  23. Sainsbury, M. Aromatic Chemistry; Oxford University Press: New York, NY, USA, 1992. [Google Scholar]
  24. Clayden, J.; Greeves, N.; Warren, S. Organic Chemistry, 2nd ed.; Oxford University Press Inc.: New York, NY, USA, 2012. [Google Scholar]
  25. Kelvin, W.T. The Molecular Tactics of a Crystal; Clarendon Press: London, UK, 1894. [Google Scholar]
  26. König, W.A.; Hochmuth, D.H. Enantioselectie gas chromatography in flavor and fragrant analysis: Strategies for the identification of know and unknown plant volatiles. J. Chromatogr. Sci. 2004, 42, 423–439. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  27. Sadgrove, N.; Telford, I.R.H.; Greatrex, B.W.; Dowell, A.; Jones, G.L. Dihydrotagetone, an unusual fruity ketone, is found in enantiopure and enantioenriched forms in additional australian native taxa of Phebalium (Rutaceae: Boronieae). Nat. Prod. Commun. 2013, 8, 737–740. [Google Scholar]
  28. Leitereg, T.J.; Guadagni, D.G.; Harris, J.; Mon, T.R.; Teranishi, R. Chemical and sensory data supporting the difference between the odors of the enantiomeric carvones. J. Agric. Food Chem. 1971, 19, 785–787. [Google Scholar] [CrossRef]
  29. Zellner, B.D.A.; Dugo, P.; Dugo, G.; Mondello, L. Analysis of Essential Oils. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  30. Reineccius, G.A. Flavour-Isolation Techniques. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  31. Mosandl, M. Enantioselective and Isotope Analysis—Key Steps to Flavour Authentication. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  32. Australian Standards—Home Page. Available online: http://www.standards.org.au/Pages/default.aspx (accessed on 12 December 2014).
  33. Association Française de Normalisation—Home Page. Available online: http://www.afnor.org/en (accessed on 12 December 2014).
  34. British Pharmacopoeia—Home Page. Available online: https://www.pharmacopoeia.gov.uk/reference-standards.php (accessed on 12 December 2014).
  35. Adams, T.B.; Taylor, S.V. Safety evaluation of essential oils: A constituent-based approach. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  36. Tisserand, R.; Balacs, T. Essential Oil Safety: A Guide for Health Care Professionals; Churchill livingstone: New York, NY, USA, 1995. [Google Scholar]
  37. Schnaubelt, K. Advanced Aromatherapy: The Science of Essential Oil Therapy; Healing Art Press: Rochester, VT, USA, 1995. [Google Scholar]
  38. Sadgrove, N.; Gonçalves-Martins, M.; Jones, G.L. Chemogeography and antimicrobial activity of essential oils from Geijera parviflora and Geijera salicifolia (Rutaceae): Two traditional australian medicinal plants. Phytochemistry 2014, 104, 60–71. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  39. Therapeutic Goods Administration—Home Page. Available online: https://www.tga.gov.au/ (accessed on 12 December 2014).
  40. Bowles, J.E. The Chemistry of Aromatherapeutic Oils; Allen and Unwin: Crows Nest, NSW Australia, 2003. [Google Scholar]
  41. Poucher, W.A. Poucherʼs Perfumes, Cosmetics and Soaps, 9th ed.; Chapman & Hall: London, UK, 1993. [Google Scholar]
  42. Kusari, S.; Spiteller, M. Metabolomics of Endophytic Fungi Producing Associated Plant Secondary Metabolites: Progress, Challenges and Opportunities. In Metabolomics; Roessner, U., Ed.; InTech: Rijeka, Croatia, 2012. [Google Scholar]
  43. Emiliani, G.; Mengoni, A.; Maida, I.; Perrin, E.; Chiellini, C.; Fondi, M.; Gallo, E.; Gori, L.; Maggini, V.; Vannacci, A.; et al. Linking bacterial endophytic communities to essential oils: Clues from Lavandula angustifolia Mill. Evid. Based Complement. Altern. Med. 2014, 2014. [Google Scholar] [CrossRef]
  44. Mucciarelli, M.; Camusso, W.; Maffei, M.; Panicco, P.; Bichi, C. Volatile terpenoids of endophyte-free and infected peppermint (Mentha piperita L.): Chemical partitioning of a symbiosis. Microb. Ecol. 2007, 54, 685–696. [Google Scholar]
  45. Gersbach, P.V. The essential oil secretory structures of Prostanthera ovalifolia (Lamiaceae). Ann. Bot. 2002, 89, 255–260. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  46. Schrader, J. Microbial flavour production. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  47. Noma, Y.; Asakawa, Y. Biotransformation of monoterpenoids by microorganisms, insects, and mammals. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  48. Asakawa, Y.; Noma, Y. Biotransformation of sesquiterpenoids, ionones, damascones, adamantanes, and aromatic compounds by green algae, fungi, and mammals. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  49. Scragg, A.H. The production of flavours by plant cell cultures. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  50. Hunter, M. Essential Oils: Art, Agriculture, Science, Industry and Entrepreneurship (a Focus on the Asia-Pacific Region); Nova Science Publishers, Inc.: New York, NY, USA, 2009. [Google Scholar]
  51. Blazquez, M.A. Role of natural essential oils in sustainable agriculture and food preservation. J. Sci. Res. Rep. 2014, 3, 1843–1860. [Google Scholar]
  52. Başer, K.H.C.; Franz, C. Essential oils used in veterinary medicine. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  53. Kloucek, P.; Frankova, A.; Smid, J. Effect of Warm Air Flow and Reduced Pressure on Antibacterial Activity of Essential Oil Vapors. In Proceedings of the 42th ed International Symposium on Essential Oils, Antalya, Turkey, 11–14 September 2011.
  54. Sangwan, N.S.; Farooqi, A.H.A.; Shabih, F.; Sangwan, R.W. Regulation of essential oil production in plants. Plant Growth Regul. 2001, 34, 3–21. [Google Scholar] [CrossRef]
  55. Schwab, W. Genetic engineering of plants and microbial cells for flavour production. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  56. Sadgrove, N.J.; Jones, G.L.; University of New England, Armidale, NSW, Australia. Unpublished work. 2008.
  57. Buchbauer, G. Chapter 9. Biological activities of essential oils. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2010. [Google Scholar]
  58. Koroch, A.R.; Juliani, H.R.; Zygadlo, J.A. Bioactivity of essential oils and their components. In Fragrance and Flavours: Chemistr, Bioprocessing and Sustainability, 1st ed.; Berger, R.G., Ed.; Springer: Leipzig, Germany, 2007. [Google Scholar]
  59. CLSI. Performance Standards for Antimicrobial Disk Susceptibility Tests; Approved Standard—Tenth Edition; Clinical and Laboratory Standards Institute: Wayne, PA, USA, 2009; Volume 29, pp. 1–54. [Google Scholar]
  60. Mann, C.M.; Markham, J.L. A new method for determining the minimum inhibitory concentration of essential oils. J. Appl. Microbiol. 1998, 84, 538–544. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  61. CLSI. Methods for Dilution Antimicrobial Susceptibility Testing for Bacteria that Grow Aerobically Approved Standard—Eight Edition; Clinical and Laboratory Standards Institute: Wayne, PA, USA, 2009; Volume 29, pp. 1–66. [Google Scholar]
  62. Sadgrove, N.; Mijajlovic, S.; Tucker, D.J.; Watson, K.; Jones, G.L. Characterization and bioactivity of essential oils from novel chemotypes of Eremophila longifolia (F. Muell) (Myoporaceae): A highly valued traditional Australian medicine. Flavour Fragr. J. 2011, 26, 341–350. [Google Scholar]
  63. Van Vuuren, S.F.; Viljoen, A.M. Plant-Based antimicrobial studies—Methods and approaches to study the interaction between natural products. Plant. Med. 2011, 77, 1168–1182. [Google Scholar] [CrossRef]
  64. Yi, A.-K.; Yoon, J.-G.; Hong, S.-C.; Redford, T.W.; Krieg, A.M. Lipopolysaccharide and CPG DNA synergise to tumor necrosis factor-alpha production through activation of NF-κB. Int. Immunol. 2001, 13, 1391–1404. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  65. Ashley, J.W.; McCoy, E.M.; Clements, D.A.; Shi, Z.; Chen, T. Development of cell-based high-throughput assays for the identification of inhibitors of receptor activator of nuclear factor-kappa B signalling. Assay Drug Dev. Technol. 2011, 9, 40–49. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  66. Semple, S.J.; Reynolds, G.D.; OʼLeary, M.C.; Flower, R.L. Screening of Australian medicinal plants for antiviral activity. J. Ethnopharmacol. 1998, 60, 163–172. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  67. Dong, L.; Schill, H.; Grange, R.L.; Porzelle, A.; Johns, J.P.; Parsons, P.G.; Gordon, V.A.; Reddell, P.W.; Williams, C.M. Anticancer agents from the Australain tropical rainforest: Spiroacetals EBC-23, 24, 25, 72, 73, 75 and 76. Chem. A Eur. J. 2009, 15, 11307–11318. [Google Scholar] [CrossRef]
  68. Brand-Williams, W.; Cuvelier, M.E.; Berset, C. Use of a free radical method to evaluate antioxidant activity. Lebensm. Wiss. Technol. 1995, 28, 25–30. [Google Scholar] [CrossRef]
  69. Benzie, I.F.F.; Strain, J.J. The ferric reducing ability of plasma (FRAP) as a measure of antioxidant power: The frap assay. Anal. Biochem. 1996, 239, 70–79. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  70. Rogers, K.L.; Fong, W.F.; Redburn, J.; Griffiths, L.R. Fluorescence detection of plant extracts that affect neuronal voltage-gated Ca2+ channels. Eur. J. Pharm. Sci. 2002, 15, 321–330. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  71. Behrendt, H.-J.; Germann, T.; Gillen, C.; Hatt, H.; Jostock, R. Characterization of the mouse cold-menthol receptor TRPM8 and vanilloid receptor type-1 VR1 using fluorometric imaging plate reader (FLIPR) assay. Br. J. Pharmacol. 2004, 141, 173–745. [Google Scholar] [CrossRef]
  72. Van Vuuren, S.F.; du Toit, L.C.; Parry, A.; Pillay, V.; Choonara, Y.E. Encapsulation of essential oils within a polymeric liposomal formulation for enhancement of antimicrobial efficacy. Nat. Prod. Commun. 2010, 5, 1401–1408. [Google Scholar] [PubMed]
  73. Karlsen, J. Encapsulation and other programmed release techniques for essential oils and volatile terpenes. In Handbook of Essential Oils: Science, Technology and Applications; Başer, K.H.C., Buchbauer, G., Eds.; CRC Press, Taylor and Francis Group: London, UK, 2011. [Google Scholar]
  74. Sadgrove, N.; Jones, G.L. Medicinal compounds, chemically and biologically characterised from extracts of Australian Callitris endlicheri and C. glaucophylla (Cupressaceae): Used traditionally in Aboriginal and colonial pharmacopoeia. J. Ethnopharmacol. 2014, 153, 872–883. [Google Scholar]
  75. Elisabetsky, E.; Coelho de Souza, G.P.; Santos, M.A.C.; Siqueira, I.R.; Amador, T.A. Sedative properties of linalool. Fitoterapia 1995, 66, 407–414. [Google Scholar]
  76. Horak, S.; Koschak, A.; Stuppner, H.; Striessnig, J. Use-dependent block of voltage-gated Cav2.1 Ca2+ channels by petasins and eudesmol isomers. J. Pharmacol. Exp. Ther. 2009, 330, 220–226. [Google Scholar]
  77. Asakura, K.; Kanemasa, T.; Minagawa, K.; Kagawa, K.; Ninomiya, M. The nonpeptide alpha-eudesmol from Juniperus virginiana Linn. (Cupressaceae) inhibits omega-agatoxin IVA-sensitive calcium currents and synaptosomal 45Ca2+ uptake. Brain Res. 1999, 823, 169–176. [Google Scholar]
  78. Hongratanaworakit, T.; Heuberger, E.; Buchbauer, G. Evaluation of the effects of east indian sandalwood oil on alpha-santalol on humans after transdermal absorption. Plant. Med. 2004, 70, 3–7. [Google Scholar] [CrossRef]
  79. Sadgrove, N.; Jones, G.L. Antimicrobial activity of essential oils and solvent extracts from Zieria species (Rutaceae). Nat. Prod. Commun. 2013, 8, 741–745. [Google Scholar]
  80. Maia, M.F.; Moore, S.J. Plant-based insect repellents: A review of their efficacy, development and testing. Malar. J. 2011, 10 (Suppl. 1), S11. [Google Scholar] [CrossRef][Green Version]
  81. Sadgrove, N.; Hitchock, M.; Watson, K.; Jones, G.L. Chemical and biological characterization of novel essential oils from Eremophila bignoniiflora (F. Muell) (Myoporaceae): A traditional Aboriginal Australian bush medicine. Phytother. Res. 2013, 27, 1508–1516. [Google Scholar]
  82. Wang, J.; Cai, Y.; Wu, Y. Antiinflammatory and analgesic activity of topical administration of Siegesbeckia pubescens. Pak. J. Pharm. Sci. 2008, 21, 89–91. [Google Scholar] [PubMed]
  83. Semnani-Morteza, K.; Saeedi, M.; Hamidian, M. Anti-inflammatory and analgesic activity of the topical preparation of Glaucium grandiflorum. Fitoterapia 2004, 75, 123–129. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  84. Kalbhen, D. Abbo Nutmeg as a narcotic. A contribution to the chemistry of pharmacology of nutmeg (Myristica fragrans). Angew. Chem. Int. 1971, 10, 370–374. [Google Scholar]
  85. Beyer, J.; Ehlers, D.; Maurer, H.H. Abuse of nutmeg (Myristica fragrans Houtt.): Studies on the metabolism and the toxicologic detection of its ingredients elemicin, myristicin, and safrole in rat and human urine using gas chromagrography/mass spectrometery. Ther. Drug Monit. 2006, 28, 568–575. [Google Scholar]
  86. Baker, R.T.; Smith, H.G. On a new species of Prostanthera and its essential oil. J. Proc. R. Soc. NSW 1912, 46, 103–110. [Google Scholar]
  87. Southwell, I.A.; Tucker, D.J. cis-Dihydroagarofuran from Prostanthera sp. aff. ovalifolia. Phytochemistry 1993, 22, 857–862. [Google Scholar] [CrossRef]
  88. Dellar, J.E.; Cole, M.D.; Gray, A.I.; Gibbons, S.; Waterman, P.G. Antimicrobial sesquiterpenes from Postanthera aff. melissifolia and P. rotundifolia. Phytochemistry 1994, 36, 957–960. [Google Scholar] [CrossRef]
  89. Pala-Paul, J.; Copeland, L.M.; Brophy, J.J.; Goldsack, R.J. Essential oil composition of two variants of Prostanthera lasianthos Labill. from Australia. Biochem. Syst. Ecol. 2006, 34, 48–55. [Google Scholar] [CrossRef]
  90. Lassak, E.V.; McCarthy, T. Australian Medicinal Plants; Methuen Australia Pty Ltd.: North Rhyde, Australia, 2011. [Google Scholar]
  91. Lassak, E.V.; Pinhey, J.T. The constituents of Eriostemon Trachyphyllus. The structure of trachyphyllin, a new coumarin. Aust. J. Chem. 1969, 22, 2175–2185. [Google Scholar]
  92. Lahey, F.N.; MacLeod, J.K. The coumarins of Geijera parviflora Lindl. Aust. J. Chem. 1967, 20, 1943–1955. [Google Scholar] [CrossRef]
  93. Carotti, A.; Carrieri, A.; Chimichi, S.; Boccalini, M.; Cosimelli, B.; Gnerre, C.; Carotti, A.; Carrupt, P.-A.; Testa, B. Natural and synthetic geiparvarins are strong and selective MOA-B inhibitors. Synthesis and sar studies. Bioorg. Med. Chem. Lett. 2002, 12, 3551–3555. [Google Scholar] [CrossRef]
  94. Tanaka, K.; Pescitelli, G.; Di Bari, L.; Xiao, T.L.; Nakanishi, K.; Armstrong, D.W.; Berova, N. Absolute stereochemistry of dihydrofuroangelicins bearing C-8 substituted double bonds: A combined chemical/exciton chirality protocol. Organic Biomol. Chem. 2004, 2, 48–58. [Google Scholar] [CrossRef]
  95. Hutt, A.J. Chirality and pharmacokinetics: An area of neglected dimensionality? Durg Metab. Drug Interact. 2007, 22, 79–112. [Google Scholar]
  96. Maiden, J.H. The Useful Native Plants of Australia; Alexander Bros Vic: Sydney, Australia, 1889. [Google Scholar]
  97. Cribb, A.B.; Cribb, J.W. Wild Medicine in Australia; William Collins, Pty, Ltd.: Sydney, Austrilia, 1981. [Google Scholar]
  98. Cribb, A.B.; Cribb, J.W. Useful Wild Plants in Australia; William Collins Pty Ltd.: Sydney, Australia, 1981. [Google Scholar]
  99. Behnam, S.; Farzaneh, M.; Ahmadzadeh, M.; Tehrani, A.S. Composition and antifungal activity of essential oils of Mentha piperita and Lavandula angustifolia on post-harvest phytopathogens. Commun. Agric. Appl. Biol. Sci. 2006, 71, 1321–1326. [Google Scholar] [PubMed]
  100. Barr, A. Traditional Bush Medicines: An Aboriginal Pharmacopoeia; Greenhouse publications Pty Ltd.: Richmond Vic, Australia, 1988. [Google Scholar]
  101. Jirovetz, L.; Buchbauer, G.; Denkova, Z.; Stoyanova, A.; Murgov, I.; Gearon, V.; Birkbeck, S.; Schmidt, E.; Geissler, M. Comparative study on the antimicrobial activities of different sandalwood essential oils of various origin. Flavour Fragr. J. 2006, 21, 465–468. [Google Scholar] [CrossRef]
  102. Thompson, J.; Johnson, L.A.S. Callitris glaucophylla, Australiaʼs white cypress pine—A new name for an old species. Telopea 1986, 2, 731. [Google Scholar] [CrossRef]
  103. Low, T. Bush Medicine: A Pharmacopoeia of Natural Remedies; Greenhouse publications Pty Ltd.: Richmond Vic, Australia, 1990. [Google Scholar]
  104. Oprava, A.; Leach, D.N.; Beattie, K.; Connellan, P.; Forster, P.I.; Leach, G.; Buchbauer, G.; Shepherd, K.; Deseo, M. Chemical composition and biological activity of the essential oils from native Australian Callitris species. Plant. Med. 2010, 76. [Google Scholar] [CrossRef]
  105. McKern, H.H.G. Arthur de Ramon Penfold. J. Proc. R. Soc. N.S.W. 1980, 113, 100. [Google Scholar]
  106. McKern, H.H.G. Arthur de Ramon Penfold, 1890–1980. Chem. Aust. 1981, 48, 327. [Google Scholar]
  107. Guenther, E. The Essential Oils—Vol 1–6; Van Nostrand Company, Inc.: New York, NY, USA, 1948; Volume 2. [Google Scholar]
  108. Carson, C.F.; Hammer, K.A.; Riley, T.V. Melaleuca alternifolia (tea tree) oil: A review of antimicrobial and other medicinal properties. Clin. Microbiol. Rev. 2006, 19, 50–62. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  109. Plummer, J.A.; Wann, J.M.; Spadek, Z.E. Intraspecific variation in oil components of Boronia megastigma Nees. (Rutaceae) flowers. Ann. Bot. 1999, 83, 253–262. [Google Scholar] [CrossRef]
  110. Beattie, K.; Waterman, P.G.; Forster, P.I.; Thompson, D.R.; Leach, D.N. Chemical composition and cytotoxicity of oils and eremophilanes derived from various parts of Eremophila mitchellii Benth. (Myoporaceae). Phytochemistry 2011, 71, 400–408. [Google Scholar] [CrossRef]
  111. Thomas, J.; Narkowicz, C.K.; Jacobson, G.A.; Davies, N.W. An examination of the essential oils of tasmanian Kunzea ambigua, other Kunzea spp. and commercial Kunzea oil. J. Essent. Oil Res. 2010, 22, 381–385. [Google Scholar] [CrossRef]
  112. Trevena, G. Essentially Australia. Available online: https://essentiallyaustralia.com.au/about-us/ (accessed on 12 December 2014).
  113. Amri, I.; Mancini, E.; de Martino, L.; Marandino, A.; Lamia, H.; Mohsen, H.; Bassem, J.; Scognamiglio, M.; Reverchon, E.; de Feo, V. Chemical composition and biological activities of the essential oils from three Melaleuca species grown in Tunisia. Int. J. Mol. Sci. 2012, 13, 16580–16591. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  114. Smith, J.E.; Tucker, D.J.; Alter, D.; Watson, K.; Jones, G.L. Intraspecific variation in essential oil composition of Eremophila longifolia F. Muell (Myoporaceae): Evidence for three chemotypes. Phytochemistry 2010, 71, 1521–1527. [Google Scholar]
  115. Sadgrove, N.; Jones, G.L. Cytogeography of essential oil chemotypes of Eremophila longifolia F. Muell (Schrophulariaceae). Phytochemistry 2014, 105, 43–51. [Google Scholar] [CrossRef]
  116. Murray, D.; Kamilaroi Tribe, Collarenebri, NSW, Australia. Personal communication, 2014.
  117. Sadgrove, N.; Jones, G.L. Chemical and biological characterisation of solvent extracts and essential oils from leaves and fruit of two Australian species of Pittosporum (Pittosporaceae) used in Aboriginal medicinal practice. J. Ethnopharmacol. 2013, 145, 813–821. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  118. Bäcker, C.; Jenett-Siems, K.; Bodtke, A.; Lindequist, U. Polyphenolic compounds from the leaves of Pittosporum angustifolium. Biochem. Syst. Ecol. 2014, 55, 101–103. [Google Scholar] [CrossRef]
  119. Bäcker, C.; Jenett-Siems, K.; Siems, K.; Wurster, M.; Bodtke, A.; Chamseddin, C.; Crüsemann, M.; Lindequist, U. Triterpene glycosides from the leaves of Pittosporum angustifolium. Plant. Med. 2013, 79, 1461–1469. [Google Scholar] [CrossRef]
  120. Bäcker, C.; Jenett-Siems, K.; Siems, K.; Wurster, M.; Bodtke, A.; Lindequist, U. Cytotoxic saponins from the seeds of Pittosporum angustifolium. Zeitzchrift Naturforschung. C J. Biosci. 2014, 69, 191–198. [Google Scholar]
  121. Vesoul, J.; Cock, I.E. An examination of the medicinal potential of Pittosporum phylliraeoides: Toxicity, antibacterial and antifungal activities. Pharmacogn. Commun. 2011, 1, 8–17. [Google Scholar] [CrossRef]
  122. Sadgrove, N.J.; Telford, I.R.H.; Greatrex, B.W.; Jones, G.L. Composition and antimicrobial activity of essential oils from the Phebalium squamulosum species complex (Rutaceae) in New South Wales, Australia. Phytochemistry 2014, 97, 38–45. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]
  123. Collins, T.L.; Jones, G.L.; Sadgrove, N. Volatiles from the rare australian desert plant Prostanthera centralis B.J.Conn (Lamiaceae): Chemical composition and antimicrobial activity. Agriculture 2014, 4, 308–316. [Google Scholar]
  124. Sah, S.P.; Mathela, C.S.; Chopra, K. Valeriana wallichii DC (maaliol chemotype): Antinociceptive studies on experimental animal models and possible mechanism of action. Pharmacologia 2012, 3, 432–437. [Google Scholar] [CrossRef]
  125. Lassak, E.V. New essential oils from the Australian flora (October 1980)—Perfumes and flavours symphony of nature. In Proceedings of the 8th International Congress of Essential Oils—Paper No. 120, Fedarom Grasse, France; 1980; pp. 409–415. [Google Scholar]
  126. Hellyer, R.O. Occurence of maaliol, elemol, and globulol in some australian essential oils. Aust. J. Chem. 1962, 15, 157–157. [Google Scholar] [CrossRef]
  127. Lassak, E.V.; Southwell, I.A. Essential oils isolates from the australian flora. Int. Flavours Food Addit. 1977, 8, 126–132. [Google Scholar]
  128. Buchi, G.; Wittenau, S.V.; White, D.M.; Terpenes, X. The constitution of maaliol. J. Am. Chem. Soc. 1959, 81, 1968–1980. [Google Scholar] [CrossRef]
  129. Santos, F.A.; Rao, V.S.N. Antiinflammatory and antinociceptive effects of 1,8-cineole a terpenoid oxide present in many plant essential oils. Phytother. Res. 2000, 14, 240–244. [Google Scholar] [CrossRef] [PubMed]

Оригинал статьи:

A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture

https://www.mdpi.com/2077-0472/5/1/48/htm


Sadgrove, Nicholas, and Graham Jones. 2015. “A Contemporary Introduction to Essential Oils: Chemistry, Bioactivity and Prospects for Australian Agriculture.” Agriculture 5 (1):48–102. https://doi.org/10.3390/agriculture5010048.